Ярмарка тщеславия курсовая работа

‘Ярмарка тщеславия’ У. Теккерея как роман ‘без героя’

ФБГОУ «СЕВАСТОПОЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

ГУМАНИТАРНО-ПЕДАГОГИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

Кафедра «Журналистика и славянская филология»

КУРСОВАЯ РАБОТА

«ЯРМАРКА ТЩЕСЛАВИЯ» У. ТЕККЕРЕЯ КАК РОМАН «БЕЗ ГЕРОЯ»

по дисциплине «История мировой литературы XIX в. »

студентки 2 курса группы АУ

Чурсиной Анны Ивановны

Научный руководитель:

к. филол. н., доц.

Бродская Ростислава Владимировна

Севастополь — 2015

Содержание

Введение

Глава I. Литературная деятельность

1.1 Влияние исторических событий на литературную деятельность

1.2 Произведения, принесшие славу

Глава II. Проблематика «Ярмарки тщеславия»

2.1 История создания «Ярмарки тщеславия»

2.2 Черты социально — бытового и исторического романа в произведении

2.3 Повороты судеб Эмилии Седли и Ребекки Шарп или отсутствие положительного героя

Глава III. Сатирическое разоблачение снобизма

Глава IV. «Ярмарка тщеславия» как «Роман без героя»

4.1 Краткий обзор понятия «литературный герой» на примере литературных героев Ч. Диккенса

4.2 Анализ героев романа

Заключение

Список литературы

Введение

В данной курсовой работе я рассмотрю творчество великого писателя У. Теккерея, в частности его романа «Ярмарка тщеславия».

Когда обращаешься к английской литературе прошлого века, к ее основному и ведущему жанру — к жанру романа, то две фигуры, стоящие рядом, невольно возникают в памяти — Диккенс и Теккерей. По возрасту Теккерей старше Диккенса всего лишь на семь месяцев. Он родился 18 июля 1811 года, а Диккенс — 7 февраля 1812 года. Писать и печататься Теккерей начал одновременно с Диккенсом, но заявил о себе как писатель позже Диккенса, не в начале, а в конце 30-х годов. И, кажется, небольшого разрыва было достаточно, чтобы в соответствии с индивидуальными склонностями и особенностями жизни этих писателей он отразился на творческом облике каждого из них. Отставая от Диккенса в темпах своего творчества, Теккерей схватывал конфликты той же эпохи в их более определившейся стадии, видел все более обостренно. То, что под пером Диккенса обычно окрашивалось в тона чувствительного юмора, веселого, грустного или мрачного, у Теккерея рисовалось резким сатирическим гротеском.

Теккерей обнажил суть, варианты и оттенки снобизма в английском буржуазно-аристократическом обществе, во всех его пластах и сферах и обличил его как национальное общественное бедствие.

«Книга снобов» написана неровно; обрисованные в ней характеры и ситуации нередко содержат намеки, которые в свое время придавали ей остроту злободневности, а сейчас требуют специальных пояснений. Но эта книга была важным этапом на творческом пути писателя к роману «Ярмарка Тщеславия», самому значительному и прославленному его произведению. Этот роман создал Теккерею мировую славу и поставил его рядом с Диккенсом.

«Ярмарка Тщеславия» — «роман без героя» — так в подзаголовке Теккерей назвал свою книгу. В этих трех словах он полемически выразил и свой замысел, и свою идейную позицию, и новаторскую творческую задачу, и горький итог своих наблюдений над современным ему обществом.

Цель данного исследования — проанализировать произведение У. Теккерея «Ярмарка тщеславия» как «роман без героя». Достижение поставленной нами цели предполагает решение следующих задач:

·Исследовать литературную деятельность У. Теккерея

·Выявить проблематику произведения «Ярмарка тщеславия»

·Рассмотреть снобизм в произведении

·Исследовать роман У. Теккерея «Ярмарка тщеславия» как «роман без героя»

Курсовая работа состоит из введения, четырех глав, заключения и списка литературы.

Для написания данной работы были использованы труды Михальского Н. «Ярмарка тщеславия» У.М. Теккерея, Винтерих Д. «Приключения знаменитых книг», Теккерея У.М. «Творчество. Воспоминания. Библиографические разыскания» и т.д.

Глава I. Литературная деятельность

1.1 Влияние исторических событий на литературную деятельность

Теккерей начал свою литературную деятельность в эпоху жестокой классовой борьбы, как в Англии, так и в континентальной Европе. Жизнь английского общества в тридцатых и сороковых годах представляла поле острых социальных столкновений.

Самым значительным явлением Англии этого времени был чартизм, борьба английского пролетариата, «первое широкое, действительно массовое, политически оформленное, пролетарски-революционное движение», как охарактеризовал его В.И. Ленин. Начавшись с середины 1830-х годов, чартизм вскоре вышел за пределы борьбы «хартию», т.е. законодательный документ, утверждающий политические права трудящихся, и приобрел в своем более демократическом направлении подлинно революционный характер. Эта борьба пролетариата составляла, по существу, основное содержание исторического процесса в Англии конца 30-х, 40-х и начала 50-х годов.

В накаленной общественной атмосфере середины 19 века литературная жизнь Англии была наполнена жаркой идейной борьбой. Чартистское движение создало свою литературу, непосредственно воплощавшую его идеи, служившую его целям, — в основном политическую поэзию и публицистику. Наряду с чартистской литературой, составлявшей обособленную линию в жизни страны, 30-е годы знаменовались становлением критического реализма. Это было искусство, вызванное к жизни общественным подъемом этих лет и связанное своими идейными корнями с лучшими прогрессивными тенденциями современности. Смело и горячо откликнулось оно на серьезные и злободневные социальные проблемы. Творчество основоположников критического реализма, в первую очередь Диккенса и Теккерея, целеустремленно, в жаркой полемике прокладывало себе дорогу среди засилия консервативной, апологитической буржуазно-аристократической литературы [7, 13].

Социально-политические взгляды Теккерея были противоречивы. Хотя они формировались под влиянием все усиливающегося с начала 1830-х годов демократического движения в Англии, но даже и в эту пору своего наибольшего радикализма молодой журналист не был свободен от предрассудков того общественного круга, к которому принадлежал по родственным и дружеским связям. Это мешало ему прийти от непримиримой критики правящих классов к логически закономерным революционным выводам.

В ранних статьях, посылаемых из Парижа в «Национальное знамя», в письмах к друзьям и к матери он резко осуждал монархию во всех её видах и высказывал республиканские взгляды. Он писал о своём сочувствии польскому восстанию 1831 года, высмеивал показной демократизм Луи Филиппа, рисовал на него злые карикатуры. Позднее, в конце 1830-х-начале 40-х годов, он высказывал своё негодующее презрение к правящим партиям английского правительства. Они представлялись ему отвратительными паразитами на теле английского народа. «Когда же, наконец, лев. подымется и вытряхнет из своей головы этих нелепых насекомых», — говорит он в одном из писем.

Чартизм вызывал в нём одновременно и сочувствие, и опасение. Ему были ясны широкий размах и революционный характер движения: «Я совершенно убеждён, — писал он матери в январе 1840 года, — . что готовится потрясающая революция. Полтора миллиона чартистов вооружены, организованы, находятся в постоянной переписке. Они не собираются большими массами, но их вожди встречаются. и у них есть организованные делегаты, которые направляют их действия». Он и сожалеет о том, что чартисты не поднимаются на свержение монархии в Англии, и одновременно страшится грозной стихии революции: «Если бы не дождливая ночь и не трусость негодяя Фроста, мы сейчас уже могли бы быть в Британской республике. Что можно противопоставить чартистам? 10 тысяч солдат во всех трех королевствах, которых со всеми потрохами поглотил бы этот огромный великан чартизм».

В своей положительной программе Теккерей не выходит за пределы буржуазно-демократических идеалов:». я не чартист, я только республиканец». — пишет он матери в июле 1840 года. Его слова: «Мы живём в удивительные времена. и кто знает, — может быть, великие дела совершатся на наших глазах, но не надо физической силы.» — говорят одновременно и о надежде на прогрессивное переустройство общества, и о страхе перед революционным насилием.

1.2 Произведения, принесшие славу

В то же время в его журнальных очерках видны серьёзные раздумья о народе, о росте его сознания, о его человечности, природной мудрости и живом юморе, о положении неимущих тружеников. В очерке «Я ходил смотреть на повешение» он говорит: «Всякий раз, когда мне случалось быть в английской толпе. я удивлялся живому, ясному, здравому смыслу и уму народа». В «Книге ирландских очерков», написанной в 1843 году, Теккерей говорил с уважением и сочувствием об ирландском народе, задавленном нищетой и колониальным угнетением, выражая глубоко критическое отношение к политике порабощения и ограбления Ирландии. Позднее, в своих романах, Теккерей не показывал жизнь народа, не касался вопросов классового антогонизма и борьбы, но уничтожающая сатира на буржуазно-аристократическую верхушку общества, свойственная его творчеству от первых корреспонденций до романов 50-х годов, всегда была созвучна критическому отношению к ней народных масс.

Литературная слава пришла к Теккерею поздно. О нём заговорили лишь в 1846 году, как об авторе серии сатирических очерков «Английские снобы». Мировое признание принесло ему появление в 1847 году романа «Ярмарка тщеславия». До этого в течении долгих лет он был малоизвестен широким кругам читателей. Наряду с необходимостью выступать под многочисленными псевдонимами (Сэмюэль, Микель Анджело Титмарш, Джимс де ля Плющ и др.), долгая безвестность писателя имела и более глубокие причины. Вынужденный искать литературных заработков, Теккерей печатался в различных периодических изданиях, многие из которых занимали консервативную позицию, как например газета «Таймс» или журнал «Блэквудс мэгэзин». Остро сатирический характер творчества писателя не привлекал к нему симпатий буржуазных обывателей, составлявших основную массу читателей этих изданий. Теккерей был вынужден долгие годы мирится с зависимым положением журналиста, пишущего ради заработка и обязанного считаться с общественной позицией изданий, в которых он сотрудничал. Тем не менее, и в этих условиях литературная деятельность была для него, прежде всего делом общественного служения.

Наиболее откровенно высказывать свои взгляды он мог на страницах журнала «Фрейзерс мэгэзин», в котором печатался много лет. Но главной трибуной для писателя стал с 1842 года сатирический еженедельник «Панч», возникший в 1841 году. Самое название журнала говорило о его демократической направленности: «Панч» — английский «Петрушка», главный и любимый герой кукольного театра, носитель мудрого народного юмора. «Панч» объединил наиболее передовых писателей, публицистов и художников 40-х годов: в нем сотрудничал известный поэт-демократ Томас Гуд, ведущую роль играл в нем блестящий сатирик Дуглас Джерролд, поднимавшийся до революционно-демократических взглядов. Теккерей стал одним из главных авторов «Панча»; его участие немало содействовало успеху журнала.

Журналистская деятельность Теккерея была чрезвычайно разнообразна по жанрам: он писал юмористические очерки, фельетоны, политические обзоры, отчеты о выставках, рассказы и повести, а также литературные пародии и критические статьи. В этих ранних произведениях Теккерея раскрывались его демократические взгляды, которые определили направление и литературной борьбы, которую вел Теккерей, отстаивая принципы жизненной правды в искусстве.

Литературный рынок Англии был наводнен в 30-40-х годах салонными романами, идеализирующими высшие классы в духе аристократических взглядов или смакующими подробности «великосветской» жизни в угоду любопытству обывателей-мещан. Против подобной литературной продукции Л. Лэндона, Ш. Берри, К. Гора и др. резко выступал Теккерей в своих рецензиях и литературных обзорах. Им руководила не только нетерпимость к бессодержательности и пошлости, но прежде всего непримиримое отношение к реакционному характеру этого любования жизнью аристократической верхушки. Непримиримость к реакционным силам общества определила и его отрицательное отношение к Дизраэли, консервативному писателю и политическому деятелю, нередко демагогически критиковавшему в своих произведениях высшие классы общества. Теккерей чутко различал антидемократическую природу этой демагогии. [7, 342]

Не менее настойчиво и резко выступал Теккерей против романтизации преступного мира в романах модной в то время «ньюгетской» литературной школы (Эйнсворт, Бульвер-Литтон), видя в преступности результат уродливых общественных отношений. Полемике с «ньюгетским» жанром были посвящены не только многие критические статьи Теккерея, но и его повесть «Катерина» (1839-1840).

На страницах «Панча» Теккерей вел литературную борьбу главным образом в форме остроумных литературных пародий. В 1844 году там печатались его пародии на салонные романы, а в 1847 — блестящая серия «Лучшие романисты Панча», включавшая пародии на Бульвера, Дизраэли, Гора и др.

ярмарка тщеславие теккерей диккенс

Теми же демократическими тенденциями были одушевлены и его ранние сатирические повести — «Записки Желтоплюша» (1837), «Мещанская история» (1840, не законченная), «История Самюэля Титмарша и большого Гогартовского алмаза» (1841), «Очерки Фицбудля» (1842-1843) и ряд других. Писатель сатирически изображает в них современные нравы, срывая лживую маску благородства с аристократии и высмеивая типичные для обывателей-мещан претензии на аристократизм. В них уже звучит осуждение раболепия перед деньгами и титулами и презрения к бедности и честному труду, этого характерного порока буржуазно-аристократических кругов английского общества, который писатель впоследствии заклеймил в своих лучших зрелых произведениях. Первым опытом Теккерея в жанре романа, и вместе с тем первым обращением его к исторической теме, была «Карьера Барри Линдона» (1844). Верный своей социально-обличительной тенденции, писатель изобразил в ней похождения промотавшегося дворянина 18 века, эгоистичного и жадного бездельника и авантюриста, подвизающегося то в войсках Фридриха Второго, то в игорных притонах разных стран Европы [7,346].

Глава II. Проблематика «Ярмарки тщеславия»

2.1 История создания «Ярмарки тщеславия»

Одним из самых известных имен, как в английской, так и в мировой литературе является имя Уильяма Теккерея. Самое известное его произведение — «Ярмарка тщеславия» (1848; в прежних русских переводах заглавие передано более точно — «Базар житейской суеты») обращено к прошлому, хотя и близкому: действие происходит в годы наполеоновских войн. Создатель романа заимствовал название у писателя XVII в. Джона Бэньяна, который в своей аллегории «Путь паломника» изобразил, как герой во время странствия в Град Спасения попадает на «ярмарку житейской суеты», где можно приобрести все, что угодно: дома, земли, титулы, жен, мужей. Когда Теккерей приступал к работе над «Ярмаркой тщеславия», он был известен только в кругу профессионалов-литераторов, после же публикации романа он выдвинулся в первый ряд современных писателей и стал соперником самого Диккенса. Вероятно, Теккерей сознавал, что совершает серьезный и важный шаг: «Ярмарка» — первое произведение, которое он подписал своим именем. Воссоздавая судьбы двух подруг по пансиону, принадлежащих к разным социальным слоям, Теккерей добился органического соотнесения частной и исторической жизни: почти не соприкасаясь впрямую, они постоянно оттесняют друг друга. Роман, представляющий собой достоверную картину английского общества изображаемого времени, затрагивает сложную этическую проблематику. Она связана с духовным самоопределением личности в условиях, когда доминирует все «суетное, злонравное, сумасбродное, полное фальши и притворства». Это произведение стало вершиной творчества писателя. «Ярмарка тщеславия» вобрала в себя все то, что было создано Теккереем-художником за десять предшествующих лет, продолжила то, что было намечено в «Книге снобов».

2.2 Черты социально-бытового и исторического романа в произведении

В «Ярмарке тщеславия», хотя роман этот по своим жанровым признакам скорее социально-бытовой, а не исторический, отразились взгляды автора на способ изображения исторических событий в художественном произведении. Следует подчеркнуть, что в нем четко просматриваются элементы плутовского романа, с которым прекрасно был ознакомлен автор. Эти элементы четко прослеживается в судьбах двух главных героинь, особенно Ребекки Шарп.

Необходимо видеть еще и глубинную, ускользающую от поверхностного взгляда (каким нередко бывает взгляд официального историографа) связь между историческим событием и повседневными судьбами незаметных, рядовых людей. Уильям Теккерей полагал, что об истории нельзя судить только по официальному парадному фасаду. Разорение старика Седли, вдовство Эмилии, сиротство ее сына — все это, как показал автор, не менее значительные события, чем деяния полководцев и монархов, прославленных официальной историей [1,69].

Гениева Е.Ю. пишет, что в произведении «Ярмарка тщеславия» художественное пространство определено двумя параметрами — макро — и микромиром. Здесь развертывается широкая панорама английской жизни первой половины XIX века. В нем изображены столица Британской империи, ее пригороды, поместья и большие дороги. События романа происходят в Англии, переносятся в Бельгию, Францию, Германию, Италию, говорится об Индии и Африке. Места, упомянутые в произведении, являются фоном или основой для всех событий, происходящих в «Ярмарке тщеславия». Это — макромир, противопоставленный узкому и замкнутому микромиру, который позволяет увидеть внутренний мир человека [3,355].

2.3 Повороты судеб Эмилии Седли и Ребекки Шарп или отсутствие положительного героя

Выходом в свет из пансиона мисс Пинкертон двух подруг — Эмилии Седли и Ребекки Шарп открывается роман; превратности их судеб составляют главное его содержание. За судьбами Бекки и Эмилии просматривается сатирическая модель английского общества и его иерархической сложности: из пансиона мисс Пинкертон, зараженного мелкобуржуазным, «дешево благородным» духом, мы попадаем в дома коммерсантов Осборна и Седли, затем в среду поместного, титулованного дворянства — семейства Кроули — и, наконец, в высшее английское общество. Развязкой служит счастливое замужество простой Эмилии и позорное падение острой на язык Ребекки. Как уже было сказано, в произведении Бекки Шарп обнаруживает явное родство с героями плутовского романа. Эта связь закреплена и в ее фамилии: она «острая» (sharp), принадлежит к породе «ловкачей», «мошенников» (sharpers). Но для Теккерея традиции плутовского романа уже не самоценны. Его занимают не столько похождения отдельного «правонарушителя» (Бекки Шарп), хотя они во многом определяют движение романа, сколько его социальная типичность для Британской империи тех времен.

Сюжетным центром книги Уильям Теккерей сделал одну из вечных тем мировой литературы — историю двух женщин, подруг и соперниц. Эмилия и Ребекка, эти две девочки, изначально разные: «Мисс Седли была дочерью лондонского купца, человека довольно состоятельного, тогда как мисс Шарп училась в пансионе на положении освобожденной от платы ученицы, обучающей младших…» [4,222]. Различие между ними постоянно подчёркивается автором на протяжении всего повествования, однако ни одну из них он не делает героиней своего романа. Ни Ребекка Шарп, ни даже Эмилия не являются для Теккерея героинями в строгом смысле слова. В заглавие не вынесены, как это было принято в ту эпоху, их имена («Квентин Дорвард», «Оливер Твист», «Дэвид Копперфилд», «Джейн Эйр» и т.д.). Проблема положительного героя представляла для автора неразрешимую трудность [4, 87]. Подзаголовком книги — «романа без героя» — Теккерей прямо указал на то, что в повествовании нет ни одного персонажа, который был бы носителем положительного нравственного начала и точку зрения которого на людей и явления мы могли бы, по замыслу автора, разделять. Для писателя быть героем означает не плыть по течению, смотреть на действительность и на себя бог иллюзий. Но все персонажи «Ярмарки тщеславия», даже самые привлекательные, например майор Доббин, живут в плену самообмана.

Но потом это же опровергает сам писатель. «Пусть это роман без героя, но мы претендуем, по крайней мере, на то, что у нас есть героиня», — говорит автор, имея в виду Бекки Шарп. Однако слова эти проникнуты иронией. Ребекка не может стать подлинной героиней ни в человеческом, ни в нравственном плане, поскольку насквозь пропитана лицемерием, коварством, корыстолюбием и бездушием. Теккерей подчеркивает, что Бекки не дурна от природы, и нередко любуется находчивостью, умом, остроумием этой героини. Автор заставляет читателя увидеть, что она в нравственном отношении ничуть не хуже Джозефа Седли, этого «набоба», разжиревшего в своей прибыльной и необременительной должности сборщика налогов у индийских туземцев, ничуть не порочнее семейства Кроули. И, безусловно, она не хуже знатных особ из «высшего света», которых Теккерей обдуманно наделяет непочтительными фамилиями, намекает на их прямое родство с лошадьми, баранами и другими скотами. И конечно, Бекки не хуже своего циничного, распутного и жестокого покровителя маркиза Стайна (наделенного Теккереем также «говорящей» фамилией «Stein» — по-немецки «камень»). И потому, несмотря на все козни Бекки, вряд ли можно считать Стайна ее жертвой. Но ей не откажешь в уме, энергии, огромной силе характера, находчивости и красоте. Её зелёные глаза и роскошные рыжие волосы покоряли мужские сердца одно за другим. По мере же того, как мы знакомимся с ней всё ближе и ближе, от её восхитительных глаз и неотразимой улыбки становится страшно — как этот «идеал» может быть таким фальшивым. Ужасает также её лицемерие, ведь она может улыбаться человеку, заискивать перед ним, но как только за ним закроется дверь, начинается «представление»: Бекки передразнивает беднягу, кривляясь и изображая все его недостатки.

В самом начале романа автор называет её героиней произведения:». так нельзя и ожидать, чтобы все двадцать четыре молодые девицы были столь же милы, как героиня этого произведения мисс Седли.» [11,37]. Эмилия была милой, кроткой, доверчивой девушкой, которую невозможно было не полюбить. «Все добродетели, отличающие благородную английскую барышню, все совершенства, подобающие её происхождению и положению, присущи милой мисс Седли», — писала мисс Пинкертон в своём послании родителям Эмили [11,41].

На протяжении всего повествования автор непрерывно сравнивает Эмилию и Ребекку, описывая их в одинаковых положениях, но с различными итогами.

Итак, обе девушки вышли замуж примерно в одно время. Оба брака были тайными и долгожданными. Ребекка ждала простоватого, глупого, но обеспеченного как деньгами, так и положением в обществе «раба и обожателя». Таким и стал мистер Родон Кроули. Даже его фамилия говорит о пороке, как нельзя, кстати, подходящем для нее: Кроули — производное от глагола «crawl» — «пресмыкаться», «ползать» и т.д. То есть, он должен будет ползать перед этой «лукавой простушкой», что и впоследствии случилось. Как видим, её брак оказался браком «по расчёту», как и большая часть (а может быть, и все браки) на «Ярмарке тщеславия». Мистер Родон обожал свою красавицу жену за шарм, непосредственность и острый язычок, признавая, что умнее его «маленькой» Бекки нет никого на свете. Ребекка была любима, но не любила. Эмилия же вышла замуж за «божество» — Джорджа Осборна, считая себя недостойной партией для него, но без своего обожаемого мужа она не могла прожить и дня. В отличие от миссис Родон Кроули, миссис Джордж Осборн любила, но не была любима.

Почти сразу после свадьбы автор «окунает» обе молодые пары в высшее общество, балы, приёмы — в общем, весь калейдоскоп небезызвестной «ярмарки». Как отмечает романист, «великосветский дебют Эмилии оказался весьма неудачным…». Она сидела на стуле, в новом платье и со всевозможными украшениями, но совершенно одна, без друзей, без поклонников и. без мужа. А вот для миссис Родон Кроули первый выход стал триумфом:». лицо её сияло, платье было совершенством», «денди тотчас окружили её», «пятьдесят кавалеров зараз толпились около неё, прося оказать честь танцевать с ними». Чтобы закрепить свой потрясающий успех, Бекки, дочь беспутного художника и балетной танцовщицы, француженки, решила «воспользоваться» Эмилией, дочерью уважаемого и состоятельного господина Джона Седли. Она подбежала к своей поникшей подруге и завела с ней разговор в покровительственном тоне, заставив всех окружающих невольно сравнивать их. Сравнение оказалось не в пользу родовитой миссис Осборн. Своим триумфом Ребекка доказала, что на самом деле происхождение по большому счёту ничего не значит. Но убедила она в этом только читателей, а отнюдь не «снобов из великосветского общества».

Затем на долю обеих новобрачных выпала разлука с мужьями. Но не просто разлука — их разлучала война. Ребекка, провожая мужа в опасный поход, «смахнула что-то с глаз» и, «благоразумно решив не давать воли бесполезной скорби при разлуке с мужем», улеглась в постель и сладко заснула, ведь она не спала всю ночь и очень устала на балу. Выспавшись и выпив кофе, «который подкрепил и успокоил её после всех тревог и огорчений», она приступила к расчётам и обсуждению своего положения в случае смерти «любимого супруга». Её подруга, бедняжка Эмми, едва не лишилась рассудка, провожая любимого на войну:». её большие глаза потускнели и были устремлены в одну точку» [11,48]. Сколько времени простояла на коленях несчастная женщина, сколько молитв вознесла к небу. Однако тот, о ком молилась, остался лежать на поле боя «с простреленным сердцем», а тот, кто был забыт, вновь соединился с обожаемой женой. Итак, несчастная Эмилия стала юной вдовой, а Ребекка и Родон «проводили зиму 1815 года в Париже, среди блеска и шумного веселья».

Через определённое время Эмми и Бекки стали матерями. В жизни первой этот день сыграл решающую роль, принеся с собой восторг и счастье. В душе молодой матери вновь пробудились любовь и надежда. Эмилия жила только одним ребёнком, кормила и пеленала его, отстраняла всех нянек и «не позволяла ничьей руке, кроме своей, его касаться». Она окутала слабое, беспомощное существо своей любовью и обожанием. В отличие от неё, Ребекка уделяла не слишком много внимания юному Родону с самого его рождения. Ребёнок был отдан кормилице, и эта разлука не принесла матери больших огорчений, поскольку Родон-младший просто мешал ей, а однажды даже «испортил ей новую ротонду прелестного жемчужно-серого цвета». «Она не любила его. Он хворал то корью, то коклюшем. Он надоедал ей» [11,53]. «С того дня, как он получил пощёчину, между матерью и сыном легла пропасть» [11,55]. Маленький Родон ходил в поношенных костюмчиках и никогда не обедал с родителями за одним столом. А Джордж-младший удостаивался самого лучшего, начиная с бархатных костюмчиков, заканчивая образованием. Джорджи был всегда и всеми любим, как должен быть любим каждый ребёнок. Сын Ребекки в конце концов тоже обретает мать, но в лице своей тётушки. Настоящая же мать не помнила, какого цвета волосы у её сыночка, сколько ему лет. Но несколько раз Бекки всё же вспоминала о ребёнке, например, когда узнала, что Родон — младший стал наследником сэра Питта Кроули. Такая любовь к самому родному человечку вызывает у читателя отвращение к матери-кукушке.

Из всего вышесказанного можно сделать вывод, что Ребекка — «дурная, злая женщина», а Эмилия — настоящая героиня. Но такой вывод будет ошибкой, ведь Теккерей не зря дал своему произведению ещё одно название — «Роман без героя». Возможно, героиней могла стать Эмилия Седли, которую так любили в пансионе, но не миссис Джордж Осборн, которая чуть не загубила собственную жизнь, из-за своей эгоистичной любви едва не лишила сына возможности обрести деда и тётку, получить достойное образование и многих других благ. Также Эмилии было присуще идолопоклонничество умершему мужу, а вернее, его портрету, и она чуть не потеряла истинного светлого чувства, которое Уильям Доббин пронёс через восемнадцать долгих лет:». он так долго был у её ног, что она привыкла попирать его».

Следует подчеркнуть, что об этом герое, как и о Ребекке Шарп, также говорит его «значащая», ироническая, снижающая оттенок имеет фамилия наиболее симпатичного персонажа романа: («dobbin» — «старая кляча»). В канун битвы при Ватерлоо он берет на себя заботы о беспомощной, фактически покинутой супругом Эмилии, вручив ее попечению своего брата. Впоследствии из Индии, куда майор надолго уехал со своей дивизией, он оказывает вдове денежную помощь, в которой ей отказали Осборны, не прощающие ослушания Джорджа, внявшего призывам Доббина, а не запретам старика отца. Ему предстоит и самая тяжкая обязанность: открыть Эмилии глаза на коварство мужа, который, поддавшись азарту любовного приключения, за день до гибели был готов ее бросить. Крушение кумира — почти непереносимый удар для кроткой Эмилии, и Доббин выказывает чудеса такта, выхаживая возлюбленную после перенесенного шока, прежде чем вести ее к алтарю — разочарованную, но наконец, спустившуюся с небес на землю. Лишь эпизодически появляясь в рассказе, майор, тем не менее, занимает важное место как единственный из персонажей книги, к которому не может быть безоговорочно отнесено определение «роман без героя», стоящее в подзаголовке. И хотя Теккерей описывает этого майора с нескрываемой иронией, он — несомненно, положительный герой.

Как мы видим, за все свои добродетели, любовь и верность Эмилия была вознаграждена счастливым браком с любимым, любящим и преданным человеком. Вознаграждена, но не удостоена чести стать героиней романа. Кто-то скажет, что это правильно, поскольку Эмми слабое и бесхарактерное существо, а кто — то осудит автора и будет доказывать, что лучше, добрее и красивее Эмили в этом романе никого нет.

А что же Ребекка?»Её история так и осталась загадкой», хотя мы можем вполне уверенно сказать, что самой эффектной фигурой на этой ярмарке тщеславия выступала Бекки. Она представлена как «маска», а вернее, «набор масок» («змея», «лиса», «сирена», «Клитемнестра»). Однажды, в то время когда чета Кроули ещё вращалась в высшем свете, Ребекка призналась мужу, что ей хочется встать на ходули и станцевать так, чтобы «все эти снобы» поразились. Жизнь миссис Родон Кроули можно назвать драмой. Это драма талантливого человека, губящего ради суетных целей своё дарование. Бекки поднялась из низших кругов, добилась положения в высших, но потом опустилась ниже, чем до замужества: её репутация была «убита», молодая женщина начала пить и играть, а некогда роскошные наряды превратились в «платье не первой свежести с рваными кружевами». Но автор не наказывает Ребекку за всё зло, которое «везде и всюду несла эта женщина», ведь она не отличается от всех жителей ярмарки, так за что же ее наказывать?

В своей жизни мисс Шарп, миссис Родон Кроули, совершила чуть ли не один достойный поступок. Она помогла (возможно, и слишком жестоким способом) Эмилии разрушить ту безумную любовь, жертвой которой Эмми стала давно и являлась довольно долгое время. Конечно же, у нашей маленькой авантюристки был свой интерес во втором замужестве подруги, ведь она хотела заполучить её братца, Джозефа Седли, «в рабство». Но, тем не менее, Бекки помогла Эмили.

Миссис Родон Кроули погрузилась в дела милосердия и благотворительности, старалась вести достойный образ жизни. Может быть, она даже скучала по сыну и мужу, кто знает?

Хотя Ребекка является самым ярким, непосредственным и остроумным персонажем произведения, Теккерей и её не может сделать героиней, поскольку Бекки стала (впрочем, и всегда была) одной из жительниц ярмарки тщеславия, где нет достойных называться героями.

Глава III. Сатирическое разоблачение снобизма

Последним звеном в развитии реалистического мастерства Теккерея от сатирического очерка и повести к социальному роману явилась «Книга снобов» (впервые в журнале «Панч» с февраля 1846 по февраль 1847 года). Сатирическое разоблачение снобизма, звучавшее уже в более ранних произведениях писателя, становится здесь основной темой, обобщающей многочисленные типичные картины жизни английского буржуазного общества.

Словечко «сноб» еще в университетские годы писателя бытовало в студенческом жаргоне в значении «мещанин-обыватель», но в творчестве Теккерея 40-х годов понятие «снобизма» получает ясно выраженный социально-критический смысл. Оно становится определением характерного для английского буржуазного общества раболепия перед знатью и высокомерного презрения к тем, кто ниже по положению и беднее. Как поясняет сам автор, сноб — это «тот, кто подло преклоняется перед подлыми явлениями».

Спустя семь лет после появления «Книги снобов» Маркс, приветствуя антибуржуазную тенденцию английских писателей-реалистов, подчеркнул снобизность буржуа всех положений и рангов.

Теккерей понимал, что титулованная знать, несмотря на свою спесь, разделяет и буржуазные интересы, и буржуазные пороки. Он видел, что снобизмом заражены все слои буржуазно-аристократического общества, начиная с пэров Англии и особ королевской крови и кончая мещанами-обывателями, которые в лакейском раболепии взирают на «светское общество» и обольщают себя иллюзиями хотя бы отдаленной и косвенной принадлежности к нему. «Снобизм, — говорил он, — подобно смерти, по выражению Горация. одинаково приближает свои шаги к дверям бедных жилищ и к воротам императорских дворцов» [5,312].

Понятие снобизма у Теккерея охватывает и еще одну типичную черту господствующих классов Англии — претензию казаться людьми более высокого положения, чем на самом деле. Сатирически разоблачая эти претензии, писатель заявляет: «Бык есть бык, — может быть мы не уважаем быка. Но мы вынуждены признавать его существование. А сноб. это лягушка, которая пытается раздуться до размеров быка. И надо выбить из глупого создания его претензии».

Сатирик открывает свою серию очерков портретом английского короля Георга Четвертого, предшественника царствовавшей в то время королевы Виктории, прозрачно замаскированного именем Георгиуса Четвертого. Теккерей подчеркивает политическое, духовное и моральное ничтожество Георга Четвертого, тупого деспота и развратника. Иронически перечисляет он немногочисленные и сомнительные заслуги этого монарха-щеголя:». он известен как изобретатель мараскинного пунша и особой пряжки для башмаков (он сделал это изобретение в самом разгаре своих изобретательских способностей).». В раболепии английской знати перед особой монарха Теккерей видит яркое проявление лакейской психологии. Он заключает очерк приглашением читателей-снобов полюбоваться изображением Георга Четвертого в галерее восковых фигур: «Вход. по шиллингу с человека. Дети и лакеи платят 6 пенсов. Подойдите и заплатите 6 пенсов».

За снобом-королем следуют всевозможные иные типы снобов Англии, сгруппированные по социальному признаку или по роду занятий,-снобы аристократические и снобы из Сити, снобы университетские, военные, клерикальные и т.д. Автор подчёркивает обобщённо-типичный характер этих сатирических портретов, говоря, что надо изучить не меньше тысячи снобов, прежде чем изобразить одного, подобно тому как Фидию понадобилось не менее 20 красавиц, чтобы создать свою Венеру [4,410].

Перед читателем проходит вереница характерных типов английских аристократов. Вот леди Скрэпер — аристократическая вдова, которая тратит почти все свои средства на то, чтобы поддерживать видимость великосветского блеска. Она живёт в великолепном особняке, держит экипаж и целый штат прислуги, даёт балы и званые обеды, но сама со своими дочерьми живёт впроголодь. «Дело в том, — поясняет автор, — что. погасив счета за лошадей, за аренду дома, за шесть званых обедов. леди Сьюзен Скрэпер едва ли имеет за душой хоть несколько грошей». По таким хранителям традиций великосветского тона равняются выскочки-буржуа, купившие свои титулы за деньги и втирающиеся любыми средствами в высший свет-например, высокомерная леди де Могин, которая ещё недавно именовалась просто Полли Муггинс. Благодаря деньгам своего мужа-банкира она бесцеремонно втирается в аристократические круги и с пренебрежением сторонится людей своего прежнего круга. Глубокое отвращение внушают писателю браки по расчёту. Высокомерные аристократы, продающие своих дочерей и сыновей за деньги дельцов из Сити, так же достойны презрения, как разбогатевшие выскочки, гоняющиеся за титулованными женихами и невестами для своих наследников. «Право, очень утешительно думать, что высокое рождение можно купить. Иначе оно не имело бы цены». — саркастически комментирует подобные сделки автор.

Писатель показывает всесильность титулов и денег во всех сферах жизни господствующих классов английского общества. Благодаря им». вновь произведённый офицерик, которого за неделю перед тем секли в школе за неграмотность, командует седыми воинами, бывавшими в бою во всех частях света». Они превращают в настоящие рассадники снобизма английские университеты — «Юному лорду университет выдаёт учёную степень через два года, а простым смертным через семь».

Очерки «Провинциальные снобы» рассказывают, как семьи небогатых провинциальных помещиков отравляют себе существование аристократическими претензиями: лезут в долги, чтобы покрыть подобающее джентльмену мотовство сына-офицера, теряют покой из-за высокомерного обращения более знатных соседей и при гостях заставляют прислуживать за столом конюха, наряженного в потёртую ливрею дворецкого.

Снобизмом проникнуты до мозга костей и так называемые «средние классы»: небогатые коммерсанты, служащие, мелкие рантье:». вороны хотят красоваться в павлиньих перьях». — как замечает автор. По его меткому наблюдению характернейшим проявлением снобизма в этой среде служит страсть устраивать претенциозные приёмы, вечера и званые обеды не по средствам (очерки «Снобы, дающие обеды»). «Если вы. возьмёте на прокат посуду, замените свою служанку нанятыми на день лакеями. если вы не приглашаете на обед равных себе, а гоняетесь за лордами. то вы — дающий обед сноб».

Сила «Книги снобов» в том, что снобизм подвергается в ней разоблачению не как моральный порок, а как социальное явление. Теккерей раскрывает исторические корни снобизма и смело показывает, что источником снобизма является». общественный строй, устанавливающий организационное низкопоклонство перед пэрами и Мамоном». «Пэры и Мамон»-это аристократия и буржуазия; в глазах писателя — это «обманщики и лицемеры, поделившие между собой. страну». Ими и в их интересах поддерживается уродливый строй, откровенно возводящий в принцип социальное неравенство.

Во введении к «Книге снобов» Теккерей писал: » Я давно уже питаю в своём уме убеждение, что призван совершить дело, даже Дело с большой буквой Д, разрешить великую задачу. открыть крупное общественное зло и найти средство для его уничтожения. Это убеждение преследовало меня многие годы и на шумных улицах, и в уединённом кабинете, и на банкетах в ту минуту, как я поднимал чашу вина, и на пыльном Ротенро в Гайд-Парке, и в иноземных странах».

Прочитав книгу, мы понимаем, что за шутливым тоном этого пародийно-торжественного вступления скрывалась искренняя убеждённость. Весь жизненный опыт Теккерея привёл его к убеждению в уродстве и антидемократичности политического строя буржуазной Англии, и он считает своим долгом заявить об этом во всеуслышание. Если ему и не удалось «найти средство для уничтожения» открытого им общественного зла, то всё же, обнажая его своей беспощадной сатирой, клеймя его с публицистической страстностью, писатель-демократ делал дело большого общественного значения.

Глава IV. «Ярмарка тщеславия» как «Роман без героя»

4.1 Краткий обзор понятия «литературный герой» на примере литературных героев Ч. Диккенса

Типичному литературному герою свойственна некоторая идеализация. Сквозь все произведение прослеживается развитие образа. Главный герой, как правило, симпатичен автору, или автор ему сочувствует. Автор с любовью ведет его через все препятствия и перипетии судьбы. В результате читатель наблюдает, как образ живет в произведении, открывает новые грани своего характера. Ч. Диккенс создавал героев со светлой душой и любящим сердцем, которые не смотря ни на что сумели сохранить свое «я», пронести нравственные идеалы сквозь всю свою «литературную» жизнь.

«Его гениальная наблюдательность была связана с неумением оставаться равнодушным. Диккенс-писатель чувствует личную причастность к тому, что происходит, потребность воздать хвалу тому, что прекрасно и добро, и гневно осудить то, что скверно, жестоко и несправедливо. И не просто осудить, а сделать все, что он может, для уничтожения зла, для торжества добра. Таковы и его лучшие, его любимые герои, от мистера Пиквика до Боффина. Отсюда счастливые или, по крайней мере, благополучные финалы большинства его романов. Ведь для Диккенса это словно вопрос чести — не дать победы злу» [13,1].

Тщательно написаны и рельефны отрицательные герои Ч. Диккенса. В них зло отвратительно, им у Диккенса нет прощения. «Иногда, чтобы еще контрастнее подчеркнуть зло, Диккенс наделяет его благообразным обликом, в то же время добро может выглядеть очень неказисто. Равнодушный Домби, жестокий Мэрдстон, неблагодарный Гоуэн, злокозненный Джаспер красивы, но их красота таит в себе угрозу, она отталкивает. И напротив: непритязательные внешне мистер Пиквик, Тоби Вэк, Боффин или Грюджиус человечны и благородны, а сама их некрасивость располагает к себе и кажется даже трогательной» [13,1].

Таким образом, литературный герой должен обладать качествами, выделяющими его из череды персонажей произведения, обладать индивидуальностью и характером, который формируется авторским замыслом.

4.2 Анализ героев романа

Вершины реалистического мастерства и непревзойденной силы обличения достигает Теккерей в романе «Ярмарка тщеславия». Все его критические наблюдения над современным обществом объединяются здесь в широкой панораме романа-хроники. Время действия в романе отнесено в недалекое прошлое, с 1813 до начала 1830 годов, но изображенные в нем отношения и нравы современны и для 30-40-х годов 19 века.

Неторопливо развертываются в романе события и судьбы героев, образуя две то развивающиеся самостоятельно, то сплетающиеся вместе сюжетные линии, связанные с судьбой беззащитной и добродетельной Эмилии Седли и энергичной, ловкой хищницы Ребекки Шарп. Следя за их судьбами, читатель знакомится с многолюдным миром «Ярмарки тщеславия», т.е. со всей так называемой «респектабельной» Англией. Вереницей проходят на страницах романа светские денди, дворяне-помещики, скромные рантье, офицеры, влиятельные сановники, дельцы из Сити, пасторы, приживалки, владельцы школ-пансионов.

Двухплановая композиция заостряет социально-критическую тенденцию романа. Заставив одну из героинь жить исключительно в буржуазном кругу, а другую бороться за место в аристократических сферах, писатель все время сопоставляет эти два различных слоя правящей верхушки английского общества, раскрывая общность их моральной природы.

Социальная панорама «Ярмарки тщеславия» отражает только верхушку современного общества, в многоликой галерее созданных писателем социальных типов нет простых тружеников, народа. Но в сатирическом изображении писателя эта правящая верхушка Англии предстает такой, какой видел ее народ. Недаром в прологе «Перед занавесом» Теккерей уподобляет действие романа представлению ярмарочного балагана Петрушки-Панча, чьими главными зрителями всегда были простые люди Англии.

Название «Ярмарка тщеславия» заимствовано писателем из религиозно-нравоучительного сочинения «Путь паломника» Джона Беньяна (1628-1688), странствующего пуританского проповедника из бедных ремесленников. Религиозно-дидактическая тенденция сочеталась в его книге с выражением подлинно народных социальных воззрений. Особенно страстным пафосом обличения мира алчности и стяжания проникнут эпизод, повествующий о злоключениях простодушных паломников на торжище житейской суеты (или, иначе, ярмарке тщеславия). Аллегория эта изображает складывающееся на глазах автора буржуазное общество как бесчеловечный и преступный мир, где все корыстно и продажно. «На этой ярмарке, — говорит Беньян, — продаются любые товары: дома, земли, торговые предприятия, почести, повышения, титулы, страны, королевства, похоти, удовольствия и наслаждения всякого рода, как-то: шлюхи, сводни, жены, мужья, дети, господа, слуги, жизнь, кровь, тела, души, серебро, золото. и все, что угодно. Здесь увидишь. воровство, убийство, прелюбодеяние, лжесвидетельства — и все это кроваво-красного цвета».

«Путь паломника» был хорошо известен в середине 19 века каждому грамотному англичанину, так что название романа сразу указывало на связь идейного замысла романа с обличительной аллегорией Беньяна.

Нравы английского буржуазно-дворянского общества, отраженные Теккереем в его романе, вполне соответствуют обличительной характеристике Беньяна. Перед глазами читателя проходят помолвки и свадьбы, рождения и смерти, деловые успехи, банкротства, хлопоты о наследствах, титулах и карьере, отношения между родителями и детьми, любовь и ревность, великосветские балы и непритязательные встречи в семейном кругу, словом, обыкновенные житейские дела «хорошего общества». Сила обличения Теккерея состоит именно в том, что этот обыкновенный, всем знакомый мир раскрывается во всей его отталкивающей и страшной сущности, в его эгоизме и своекорыстии, раболепии перед богатством и знатностью, жестокости и пренебрежении к бедности.

Эмилия добродетельна, она безупречна. Но, как иронически показывает автор, эта добродетель ничтожна и ограниченна, она сама по своему служит формой проявления себялюбия, замкнутости, узости кругозора его героини. Для Эмилии мир кончается за пределами ее гостиной и спальни. Ее чувства всецело сосредоточены на Джордже Осборне-старшем — ее муже и Джордже Осборне-младшем — ее сыне. В них — весь ее мир. Всё улыбается милой, простодушной Эмилии Седли, пока отец ее богат; жизнь готовит ей безоблачное счастье, преданность родных и друзей, брак с любимым ею Джорджем Осборном. Но как только отец ее нареченного поднимается на более высокую ступень богатства и влияния, она оказывается в его глазах уже «неподходящей партией» для таких магнатов делового мира, как Осборны. Разорённые старики Седли и овдовевшая Эмилия перестают существовать для так называемого «хорошего общества» [10, 10]. Возвращение Эмилии в это общество происходит благодаря неожиданному наследству умершего свекра. «Назидательно отметить, — замечает автор, — как выросла миссис Осборн во мнении людей, составлявших круг её знакомства, когда сделалось известным содержание духовного завещания мистера Осборна. Кучер, ворчавший что незачем тревожить лошадей. ради миссис Осборн, теперь возил её с невероятной быстротой. Друзья Джоза. вдруг стали интересоваться Эмилией. Сам Джоз, считавший сестру добродушной и безобидной нищей. стал относиться с величайшим уважением к ней и к богатому мальчику, её сыну» [11, 79].

Теккерей показывает, как снобизм определяет поведение людей в буржуазном обществе с детства и до гробовой доски. Уже в школе сыновья банкиров и крупных коммерсантов дразнят и третируют Доббина за то, что он сын лавочника; у старика Осборна смерть его ровесника Седли вызывает только самодовольное чувство собственного превосходства, как человека, умеющего наживать деньги. «Видишь. — поучает он внука,-. что дают заслуги, трудолюбие и разумный расчёт. Взгляни на меня и на состояние моих счетов у моего банкира. Посмотри теперь на твоего нищего деда Седли и на его злоключения. А ведь он двадцать лет назад был куда богаче меня» [11,173].

Среди образов «буржуазных снобов» в романе отец и сын Осборны самые типичные. Власть, которую дают деньги, делает старика Осборна жестоким деспотом и самодуром по отношению ко всем, кто от него зависит. В его отеческой привязанности к Джорджу преобладает тщеславная гордость «удачным» сыном, пробирающимся в более высокие сферы. Он поощряет его мотовство, считая, что возможность сорить деньгами приближает сына к вожделенным аристократическим кругам, но отрекается от него, когда Джордж отказывается жениться по его воле на богатой невесте, и оставляет в нищете его вдову. Взяв впоследствии на себя заботу о воспитании внука, он приучает его кичиться богатством и презирать бедность.

В образе Джорджа Осборна находят воплощение типичные для английского буржуа великосветские претензии с раболепием перед титулами. Этот тщеславный франт заискивает перед знатными однополчанами и безропотно терпит их обидную снисходительность. Он расстраивает брак своего будущего шурина Джоза Седли с бедной сиротой Ребеккой, рассуждая, что «гувернантка — дело. хорошее, но я бы предпочёл, чтобы моя невестка была настоящая леди. Я человек либеральный, но. знаю своё место, — пусть и она знает своё» [11,213]. Когда же Ребекка становится светской дамой, женой сына баронета Родона Кроули, он любой ценой добивается её внимания. Эгоизм его беспределен: женившись на Эмилии без настоящего чувства, он считает, что безмерно осчастливил её, и не находит нужным утруждать себя вниманием к жене.

Осборны не являются исключением в своей среде, — в них лишь с большей силой выражены типичные качества английских буржуа. Мало отличается от них жених Марии Осборн Фред Баллок, степень внимания которого к невесте определяется соображениями о размерах её приданого, или педагог и владелец частной школы м-р Вил, спускающий маленькому Джорджу Осборну его выходки из раболепного уважения к деньгам деда.

Аристократические круги английского общества не отличаются по своей морали и нравам от так называемых «средних классов».

Наблюдая настойчивую борьбу Ребекки Шарп за место в так называемом «хорошем обществе», читатель знакомится с родовитыми помещиками Кроули, титулованными офицерами, праздными прожигателями жизни, спесивыми аристократами Бэйрэкрами, влиятельным вельможей маркизом Стейном. Эти люди составляют самый привилегированный социальный круг, с пренебрежением взирающий даже на таких тузов коммерческого мира, как Осборны, но их жизнь и их помыслы определяются той же безраздельной властью денег, таким же раболепием перед вышестоящим, так же безоговорочно всем управляет эгоистический расчёт. Алчность руководит поступками баронета сэра Питта Кроули и лишает его всяких моральных принципов. «Кроваво-красная лапа сэра Питта Кроули могла бы полезть в любой карман, но только не в свой собственный», — замечает автор. Скаредный, неряшливый и грубый, Питт Кроули цинично пренебрегает мнением общества, уверенный что деньги и титул с лихвой искупают любые личные недостатки. Автор осуждает социальный строй, дающий людям, подобным сэру Питту, власть и авторитет только в силу его аристократического происхождения. Он негодует, что этот человек». чья жизненная цель заключается в нечистых делишках, человек, не знавший никогда никаких вкусов, волнений и радостей, кроме грязных и пошлых. важное лицо в своей округе. опора государства. верховный шериф.» [11,341].

Теккерей показывает, что и здесь низменные, корыстные интересы разрушают самые священные человеческие связи. Сэр Питт и его брат Бьют ненавидят друг друга, так как Питт, прибрав к рукам по праву старшинства всё семейное достояние, не дал брату ничего, кроме места священника в родовом имении. Не лучше поступает по отношению к своему брату Родону и старший сын сэра Питта. Все члены семейства Кроули наперебой угождают и льстят богатой тётке,». потому что на её счете у банкиров значилась такая сумма, которая делала старушку желанной гостьей где угодно». С приездом тётушки, как по волшебству, исчезают все следы скаредности, тяготеющей над повседневным бытом королевского Кроули, на стол подаются самые изысканные блюда, сэр Питт следит за своим костюмом и манерами. Погоня за наследством тётушки Кроули, интриги, ловушки,расставляемые членами семейства друг другу, чтобы помешать завладеть благосклонностью капризной старухи, играют важную роль в развитии сюжета и составляют одну из самых ярких сатирических линий романа.

Сатирическая портретная галерея аристократического общества увенчивается в романе образом влиятельного вельможи маркиза Стейна. Это развращённый старик, умный и знающий цену людям своего круга, ещё более циничный, чем Питт Кроули. Тот был способен потерять голову от расчётливого кокетства Бекки и предложить ей руку и титул, а Стейн откровенно забавляется её хитрыми уловками, прикидываясь одураченным до тех пор, пока не решит, что заплатил достаточно, чтобы потребовать желаемую награду. В своей семье это такой же деспот, как и старик Осборн: он грубо третирует жену и невестку, потому что они материально зависят от него.

Показав подлинный облик английской знати, Теккерей подчёркивает нелепость неистребимого благоговения перед вельможами раболепных мещан, «выбившихся в люди» из барской челяди. Из-за такого раболепия бывший дворецкий мисс Кроули, Регглс, ставший домовладельцем, позволяет Ребекке и Родону довести его до полного разорения.

Особую роль в романе писатель отводит Ребекке, сделав все её стремления и поступки сконцентрированным выражением хищнического эгоизма буржуазного общества.

Ребекка умна, талантлива, обаятельна и неистощимо предприимчива. Она не намерена мирится с тем скромным местом в жизни, которое ей, бедной сироте, отводит общество. Единственная движущая сила всех её поступков — эгоистический расчёт; бескорыстные чувства и душевные побуждения ей совершенно чужды. Цель её жизни — счастье, т.е. богатство и прочное положение в так называемом «хорошем обществе»; достижению этой цели подчинены все её способности, все помыслы и поступки. Едва выйдя из пансиона, она старается не упустить случая обзавестись богатым и покорным мужем в лице Джоза Седли. Действуя по тонко продуманному плану, она завоёвывает сердце Родона Кроули и тайно венчается с ним в расчёте на снисходительность и щедрость его тётушки. Великолепная актриса и великая притворщица, она с одинаковым успехом разыгрывает благодарную преданность перед сэром Питтом, нежную привязанность перед тётушкой, девическую влюблённость перед Родоном; в запасе у неё неисчерпаемый арсенал сцен, личин, реплик, интонаций на все случаи жизни. «Она заплакала. неподдельными слезами.» только один раз, выбитая из колеи неожиданностью и сознанием непоправимости своего промаха, когда овдовевший сэр Питт предложил руку ей, уже тайно обвенчанной с Родоном. Ребекка не позволяет себе унывать при неудачах и с изумляющей изобретательностью находит выходы из самых сложных положений; спекулирует на панике в Брюсселе после Ватерлоо, отделывается уплатой ничтожной части своих долгов. Она знает множество способов жить в долг и обманывать кредиторов; для неё не существует недозволенных приёмов при достижении любой эгоистической цели; она пользуется всем, что можно присвоить, не нарушая внешних приличий, — будь то доходы от нечестной карточной игры Родона, сбережения доверчивой компаньонки Бриггс, дорогие подарки маркиза Стейна или старинные кружева, попросту украденные из запущенного лондонского особняка Кроули.

В образе Ребекки писатель обобщает мораль, составляющую сущность буржуазного общества. Противоречие между беспринципностью Ребекки и мнимой добропорядочностью этого общества только кажущееся, — ни цели её, ни средства их достижения по существу не отличаются от целей и средств окружающих её людей. Но её притязание на место в этом обществе уже само по себе является посягательством на его социально-моральные нормы. В своей борьбе она не имеет союзников, ей не всегда удаётся замаскировать свои цели общепринятой лицемерно-благопристойной видимостью. Писатель подчёркивает это, иронически комментируя её «охоту» на Джоза Седли:». у мисс Шарп не было любящей родительницы, чтобы уладить этот деликатный вопрос за неё, и если она сама не раздобудет себе супруга, то не найдётся никого в целом мире, кто избавил бы её от таких забот». «Если человек так беден, что не может нанять прислугу, ему самому приходится подметать свои комнаты.» — поясняет он.

Отношение автора к Ребекке сложно: в его глазах она, при всей жестокости своего эгоизма, заслуживает осуждения не больше, чем общество. в котором она живет. Теккерей поднимается до понимания социальной природы морали, ее зависимости от общественных условий, формирующих личность. Ребекка, по его словам,». обладала печальной особенностью бедных людей — преждевременной зрелостью. Скольких несговорчивых кредиторов ей приходилось уламывать и выпроваживать за отцовские двери, скольких торговцев она умасливала и ублажала.» Писатель освобождает Ребекку от одного характерного буржуазного порока — ханжества: лицемеря ради своих целей перед окружающими, она не питает никаких иллюзий относительно собственных помыслов и поступков, ей, так же как и самому писателю, ясна относительность буржуазных добродетелей. «Пожалуй, и я была бы порядочной женщиной, имей я пять тысяч фунтов в год. — рассуждает она. — И я могла бы возиться в детской и. поливать растения в оранжереях. Расспрашивала бы старух об их ревматизме и заказывала бы на полкроны супу для бедных. Это была бы небольшая потеря при пяти тысячах в год. Могла бы ходить в церковь и не засыпать во время службы. Я могла бы со всеми расплачиваться, — для этого нужны только деньги».

История Ребекки доказывает красноречивость этих слов. Деньги не только определяют поведение человека в буржуазном обществе, но оказываются единственной мерой его моральной оценки этим обществом. Стремление Бекки любой ценой проникнуть в высшие аристократические сферы по существу бесперспективно и, с точки зрения буржуазного общества, недопустимо: «Вы все равно там не удержитесь, маленькая вы глупышка. У вас нет денег, а вы хотите тягаться с теми, у кого они есть.» — проницательно иронизирует маркиз Стейн [11, 322]. И действительно, катастрофа, выбросившая ее за пределы так называемого «хорошего общества», подтверждает саркастический прогноз маркиза Стейна. Когда, спустя много лет, леди Ребекка Кроули снова появляется в респектабельных кругах, она очень богата и,». множество прекрасных людей считают ее несправедливо обиженной». Она получает наконец возможность выступить в новой для нее роли почтенной дамы, совершенно в том духе, как она представляла это себе в молодости, раздумывая о добродетелях обеспеченных женщин: «Она посещает церковь, всегда в сопровождении слуги. Ее имя значится во всех благотворительных подписных листах».

В истории Ребекки осуществляется закон буржуазного общества, сформулированный за несколько лет до создания «Ярмарки тщеславия» с гениальным лаконизмом и точностью в словах бальзаковского Вотрена: «Когда. я разбогатею, меня не спросят «Кто ты такой?» Я буду господин четыре миллиона.». Образ ее, удивительно живой и по-человечески убедительный, в то же время обладает огромной обобщающей силой; это один из самых ярких образов критического реализма [10,8].

Подзаголовок «Ярмарка тщеславия» — «Роман без героя» — относится не к композиции романа; он указывает на отсутствие в романе положительного героя — выразителя идеалов писателя. Правда, более светлыми тонами оттенены образы Эмилии и в особенности Доббина, но автор никому из них не отводит эту почетную роль. Напротив, по мере развития событий в романе все яснее становится незначительность и ограниченность Эмилии. Ее беззаветная преданность памяти мужа, ничтожного фата, никогда ее не любившего, вскоре перестает трогать и начинает вызывать раздражение; ее слепая любовь к сыну лишает ее чуткости ко всем остальным близким людям; ее желание сохранить любовь Доббина, не отвечая на нее, говорит об эгоизме и бессознательном лицемерии. Единственным человеком, неизменно сохраняющим в своекорыстной суете «Ярмарки тщеславия» душевную чистоту и глубокую человечность, остается Доббин, но сделав главным содержанием его жизни самоотверженную любовь к Эмилии, писатель заставляет его растрачивать силы своей души на достижение ничтожной цели и этим снижает его образ. После выхода в свет романа Теккерей писал критику Роберту Беллу:». если бы я сделал Эмилию существом более высокого порядка, то в любви к ней Доббина не было бы ничего суетного, в то время как теперь создается впечатление, что он остался в дураках, что он женился на пустеньком ничтожестве и потом убедился в своем заблуждении.» [12,312].

Эти строки говорят о том, что писатель сознательно лишает ореола положительного героя даже этого морально чистого, близкого его нравственным идеалам человека.

Декларативный отказ Теккерея от положительного героя имел глубокий принципиальный смысл. Положительный герой «Ярмарки тщеславия» должен был бы противопоставить царящему вокруг эгоизму и лжи свои гуманистические нравственные идеалы и либо восторжествовать, либо погибнуть, не идя на компромисс. Так подвергались гонениям и погибали за свою нравственную чистоту герои в старинном трактате Беньяна. Доббин же не протестует, не жертвует собой, удовлетворяясь попытками действовать согласно законам гуманности в рамках общепринятых отношений. В школе он не позволяет старшим ученикам бить маленьких, а став взрослым, убеждает Джорджа из жалости жениться на Эмилии, но его функция миротворца и устроителя человеческого счастья никогда не приводят его к конфликту с окружающим миром. Отказ писателя от положительного героя был честным и мужественным признанием моральной несостоятельности буржуазного общества. Не связанный с демократическим освободительным движением своего времени, Теккерей не мог искать героев там где их в то время можно было найти, — среди трудового народа. Но, оставаясь в рамках изображения господствующих классов, он понял, что это «общество без героя», и смело отстаивал свое открытие, не допуская в этом вопросе не компромиссов, ни иллюзий [1,77].

Теккерей сам не находил в себе силы и решимости восстать против уродливых законов буржуазного общества, и сознание этого наполняло его глубокой горечью. Он считал, что никто способный уживаться с законами этого общества не заслуживает счастья и душевного покоя. Эта мысль звучит в его словах в развязке «Ярмарки тщеславия» в том же письме к Беллу: «Я хочу, чтобы все в конце этой истории были недовольны и несчастны — как и все мы должны быть в наших собственных и всех прочих историях» [8,54].

«Ярмарка тщеславия» была творческим осуществлением взглядов Теккерея на сущность и задачи романа, высказанных им еще в начале 40-х годов, когда складывались основы его реалистической эстетики. Теккерей считал роман историей общества, правдивым отражением своей эпохи. Этому учил его опыт романа 18 и начала 19веков, — больше всего опыт Филдинга и В. Скотта, — это свойство он находил в творчестве Диккенса. «Я уверен, — писал он в «Парижской книге очерков», — что человек, который через сто лет после нас пожелал бы написать историю нашего времени, совершил бы ошибку, если бы пренебрег великой историей наших дней «Пиквиком»., так как этот роман. дает нам более точное представление о состоянии и обычаях народа, чем мог бы дать любой труд, написанный в более торжественном и ученом стиле».

Противоречивость общественно-политических взглядов писателя не позволяла ему отразить в своем творчестве социальный антагонизм в современном обществе и вынуждала его сосредоточить внимание на моральной природе правящей верхушки Англии. Но, оставаясь на этих рамках, он с огромным чувством ответственности стремился быть правдивым в изображении современного общества. Он ясно сознавал историческую характерность современных отношений и нравов и подчеркивал ее, развертывая с педантичной хронологической точностью исторический подтекст личных судеб своих действующих лиц. Тень великих исторических событий осеняет частную жизнь героев «Ярмарки тщеславия», часто неведомо для них самих: благодаря участию английской армии в войне с Наполеоном в период «Ста дней» Родону и Ребекке удается ускользнуть от лондонских кредиторов; паника на бирже, вызванная высадкой Наполеона в Каннах, окончательно разоряет банкира Седли.

Теккерей серьезно задумывался над путями и средствами достижения жизненной правды. Требуя от автора романа проникновения во внутреннюю сущность характеров и явлений жизни, он, не отказываясь от сатирического заострения образов, считал необходимым условием сохранение определенной меры внешнего правдоподобия. Эту мысль он высказал позднее в письме к критику Мэсону от 6 мая 1851 года: «Роман должен быть верным изображением природы, передавать с максимальной силой ощущение реальности. В трагедии, в поэзии или в высокой драме вы ставите себе целью вызвать иные чувства: там действия и слова персонажей имеют героический характер. Но в драме, которая разыгрывается в гостиной (т.е. в условиях обычной жизни) сюртук есть сюртук; а кочерга — кочерга, и не должны быть ничем иным; согласно моей этике, ни расшитой туникой, ни громадным раскаленным докрасна оружием, подобно оружию героев рождественской пантомимы». Именно такое представление о правде в искусстве лежит в основе системы образов «Ярмарки тщеславия» [1,82]. Даже в таких образах, как Питт Кроули, маркиз Стейн, семья Осборн, писатель никогда не доводит сатирическое заострение до гиперболы. В обрисовке большинства персонажей романа он сочетает сатирическую характеристику с изображением естественных человеческих черт. В этом сказывается и унаследованная писателем от просветительных идеалов 18 века гуманистическая вера в добрую природу человека и вместе с тем понимание социальной природы морали. Родон Кроули, например, несомненно, типичен как представитель дворянской военной молодежи: он бездельник и невежда, пьяница и картежник, убийство на дуэли из-за пустяка и систематическое шулерство в картах отнюдь не отягощают его совесть. При этом он боготворит Ребекку и трогательно любит маленького сына.

Вглядываясь в характеры действующих лиц романа, мы убеждаемся, что писатель почти в каждом находит проявление естественной человечности, уродливые же, отталкивающие черты, присущие всем участникам «Ярмарки тщеславия», оказываются не врожденными, а социальными.

Кроме того, ненавидя и презирая буржуазно-аристократическое общество, писатель сознавал свою связь с ним, и это заставляло проявлять его известную долю снисходительности. Тем не менее Теккерей в «Ярмарке тщеславия» был более прямолинеен и последователен в своей критике, чем кто-либо из его современников — английских реалистов.

Зрелый реалистический метод Теккерея — создателя «Ярмарки тщеславия» — вырабатывался постепенно в сороковых годах. Большую роль в его формировании сыграла близость писателя в эти годы с таким блестящим мастером социальной сатиры, как Дуглас Джерролд. Еще большее значение имело для Теккерея творчество Диккенса. Чувствуя идейную близость со своим великим современником, восхищаясь его талантом, писатель внутренне не соглашался и нередко открыто полемизировал с его методом гротеска и карикатуры, обосновывая в этом творческом споре своеобразие своего мастерства.

Сознание общественного значения и ответственности литературного труда приводило Теккерея к пониманию роли писателя как учителя жизни, не просто историка и критика общества, а сатирика-моралиста или, как это он определил позднее, «проповедника по будням». В свете этих взглядов он все больше проникался сознанием действенности оружия сатирического смеха. «Смех кажется мне с каждым днем все более серьезным делом», — писал он в 1847 году.

Эти взгляды определили его художественные приемы. Не прибегая к гиперболизации, он достигает, например, блестящего сатирического эффекта продуманным и тщательным отбором и концентрацией деталей внешнего облика и, в еще большей мере, обыденного поведения действующего лица, наиболее соответствующих его сущности. Он как бы показывает читателю своих «актеров по неволе» именно в те моменты, когда они наиболее ярко проявляют себя. Одним из его излюбленных сатирических премов оказывается иронический комментарий к характерам и поступкам действующих лиц или нравам и порядкам буржуазного общества. Теккерей — воспитатель общества и моралист — неизменно присутствует в своих произведениях, то и дело вступает в непосредственную беседу с читателем, разъясняя сущность происходящих событий. Он как бы делает вид, что принимает за истину и норму моральные принципы и обычаи этого общества и разоблачает их, доводя до абсурда [3,100].

Целям сатиры служат также смысловые имена и названия, которые он дает своим действующим лицам или местожительству, оттеняя их характерные свойства, — например фамилия Кроули происходит от английского глагола «ползать», имя сплетника Тома Ивз происходит от слова «подслушивание».

Разнообразные и самобытные художественные приемы помогли Теккерею создать в «Ярмарке тщеславия» жизненно верное и сатирически заостренное изображение буржуазной Англии своего времени, не утратившее обличительной силы до наших дней [6,344].

Заключение

Место Теккерея в английской и мировой литературе определяется высоким реалистическим мастерством и огромной обличительной силой его лучших произведений. Автор «Книги снобов», «Ярмарки тщеславия», «Ньюкомов» и «Эсмонда» явился достойным продолжателем лучших традиций английской сатиры и искусства реалистического романа 18 века. В свою очередь традиции теккереевского реализма остались жить в английском реалистическом романе конца 19 и 20 веков, проявившись в создании таких широких социально-критических полотен, как «Саги о Форсайтах» Голсуорси.

Творчество Теккерея вошло в сокровищницу культурного наследия всего прогрессивного человечества по тому, что основой его непримиримого сатирического разоблачения буржуазно-аристократической правящей клики было глубокое сочувствие народу, искренние уважения к простым трудящимся людям. Он принадлежит к блестящей плеяде писателей-демократов 19 века, чьи произведения по выражению Н.Г. Чернышевского,». были внушены идеями гуманности и улучшения человеческой участи». [12,42]

И в заключении, я хочу сказать о своем личном отношении и впечатлениях от прочтения романа. За короткий срок «Ярмарка тщеславия» стала одним из моих любимых произведений. Читая его, понимаешь, что нет счастья на Ярмарке житейской суеты. Положительные герои Ч. Диккенса способны воспитывать в человеке добрые чувства своим примером. Порой непривлекательные и жалкие герои У. Теккерея так же способны воспитывать человеческие чувства, но происходит это несколько по-иному. Порой, сочувствуя Ребекке Шарп, впоследствии убеждаешься, что автор тебя «ловит», сам впоследствии разоблачая свою героиню. Но если чувства и мысли совпадают с последующим психологическим анализом автора, испытываешь истинное наслаждение от приближения к сути замысла.

Роман У. Теккерея «Ярмарка тщеславия» бесспорно гениальное произведение. И хотя в реальном мире редко бывает утешение, уход от суеты все же приносит душевное облегчение. «Ах, vanitas vanitatum! Кто из нас счастлив в этом мире? Кто из нас получает то, чего жаждет его сердце, а получив, не жаждет большего? … Давайте, дети, сложим кукол и закроем ящик, ибо наше представление окончено».

Список литературы

1.Вахрушев В.С. «Творчество Теккерея».С., 1984. — 150 с.

2.Винтерих Д. «Приключения знаменитых книг». М., 1979. — 160 с.

.Гениева Е.Ю. «Устами Теккерея». М., 1985. — 834 с.

.Ивашева В.В. «Теккерей — сатирик». М., 1956. — 303 с.

.История всемирной литературы в 9 томах. Том 6. — М., 1989. — 880с.

.История всемирной литературы в 9 томах. Том 7. — М., 1990. — 830с.

.Краткая литературная энциклопедия в 9 томах. Том 7. — М., 1972. — 1008 с.

.Медянцев И.Т. «Английская сатира XIX века (типология и традиции)».Я., 1974. — 279 с.

.Михальская Н. «Ярмарка тщеславия» У.М. Теккерея. / Вступительная статья к книге У. Теккерей «Ярмарка тщеславия». — М., 1983. — 734 с.

.Сумина Е. «Две героини». — Газета «Литература» №31, 2001. — 14 с.

.Теккерей У.М. «Ярмарка Тщеславия». М., 2012. — 735 с.

.«Теккерей У.М. Творчество. Воспоминания. Библиографические разыскания». М., 1989. — 488 с.

.Образы и характеристики героев романов Диккенса. Источник: http://area7.ru/referat. php? 12290. htm

План

Введение

Глава 1. «Ярмарка тщеславия» как социальный панорамный роман воспитания

Глава 2. «Мертвые души» как социальная закономерность и их художественное выражение в романе У. Теккерея «Ярмарка тщеславия»

Заключение

Список литературы

Введение

В данной курсовой работе мы рассмотрим творчество великого писателя У. Теккерея, в частности его романа «Ярмарка тщеславия».

Когда обращаешься к английской литературе прошлого века, к ее основному и ведущему жанру — к жанру романа, то две фигуры, стоящие рядом, невольно возникают в памяти — Диккенс и Теккерей. По возрасту Теккерей старше Диккенса всего лишь на семь месяцев. Он родился 18 июля 1811 года, а Диккенс — 7 февраля 1812 года. Писать и печататься Теккерей начал одновременно с Диккенсом, но заявил о себе как писатель позже Диккенса, не в начале, я в конце 30-х годов. И, кажется, небольшого разрыва было достаточно, чтобы в соответствии с индивидуальными склонностями и особенностями жизни этих писателей он отразился на творческом облике каждого из них. Отставая от Диккенса в темпах своего творчества, Теккерей схватывал конфликты той же эпохи в их более определившейся стадии, видел все более обостренно. То, что под пером Диккенса обычно окрашивалось в тона чувствительного юмора, веселого, грустного или мрачного, у Теккерея рисовалось резким сатирическим гротеском.

В диккенсовских «Очерках Боза» (середина 30-х годов), первом опыте писателя, уже мелькали, например, лица, скованные гримасой тупого сословного высокомерия. В книге очерков Теккерея, относящихся к 1846-1847 годам, «Книге снобов», с которой началась его известность, те же фигуры обрели пугающую резкость выражения и явились перед читателем заклейменными словом «сноб», звучным и жестким, как резкий щелчок по лбу, точным, как термин, и эмоционально насыщенным, как образ. Пресмыкаясь перед теми, кто выше его по состоянию или положению, сноб с пренебрежением взирает на тех, кто стоит ниже его. Такова духовная суть сноба, изображенного Теккереем. До того, как к этому слову нелитературного языка прикоснулось перо Теккерея, оно имело в университетской и школьной среде ограниченный смысл: «сапожник» — в смысле плохой мастер, «невежда», «горожанин». В Кембриджском университете, куда Теккерей поступил в 1824 году и откуда вышел спустя два года, не получив диплома, выходил рукописный еженедельник под названием «Сноб», и Теккерей принимал в нем участие. В его очерках, получивших читательское признание, это слово утратило смысловую замкнутость и обрело широкий и острокритический социальный смысл. Снобизм — нравственно-психологический облик и поведение сноба — означает чванство, спесь, претензию на изысканность, самомнение, потаенное или зарвавшееся, угодливость и деспотизм, короче говоря, выражает характерные пороки едва выдвинувшейся или преуспевающей посредственности. В «Книге снобов» дана сатирическая характеристика снобов разных сословий, общественных рангов и профессиональной принадлежности, представлены «царственные снобы» и «снобы из Сити», снобы столичные и провинциальные, штатские и военные, университетские и литературные, находящиеся на разных ступенях социальной лестницы. Фигуры снобов, что существенно, представлены на общественном фоне, и видно, как они с этим фоном связаны.

Теккерей обнажил суть, варианты и оттенки снобизма в английском буржуазно-аристократическом обществе, во всех его пластах и сферах и обличил его как национальное общественное бедствие.

«Книга снобов» написана неровно; обрисованные в ней характеры и ситуации нередко содержат намеки, которые в свое время придавали ей остроту злободневности, а сейчас требуют специальных пояснений. Но эта книга была важным этапом на творческом пути писателя к роману «Ярмарка Тщеславия», самому значительному и прославленному его произведению. Этот роман создал Теккерею мировую славу и поставил его рядом с Диккенсом.

«Ярмарка Тщеславия» — «роман без героя» — так в подзаголовке Теккерей назвал свою книгу. В этих трех словах он полемически выразил и свой замысел, и свою идейную позицию, и новаторскую творческую задачу, и горький итог своих наблюдений над современным ему обществом.

Цель данного исследования — проанализировать произведение У. Теккерея «Ярмарка тщеславия»в свете диалога культур, русско-английских литературных связей в 40-60 гг. XIX века, принимая во внимание как «внешние» факторы — рецепцию критики и первые переводы, так и «внутренние», на уровне типологических схождений с некоторыми ключевыми произведениям русских писателей той эпохи. Достижение поставленной нами цели предполагает решение следующих задач:

·Исследовать роман У. Теккерея «Ярмарка тщеславия» как социальный панорамный роман воспитания

·Подойти к сравнительному анализу творчества Теккерея и русских прозаиков XIX века учитывая специфику художественной философии автора «Ярмарки тщеславия» и автора «Мертвых душ» Н.В Гоголя.

Курсовая работа состоит из введения, двух глав, заключения и списка литературы.

Для написания данной работы были использованы труды Михальского Н. «Ярмарка тщеславия» У. М. Теккерея, Винтерих Д. «Приключения знаменитых книг», Теккерея У.М. «Творчество. Воспоминания. Библиографические разыскания» и.тд

Глава 1. «Ярмарка тщеславия» как социальный панорамный роман воспитания

теккерей ярмарка тщеславие роман

Творчество Теккерея-романиста, охватывающее последние пятнадцать лет его жизни, характеризуется определенными обстоятельствами. Художественной вершиной писателя, безусловно, является «Ярмарка тщеславия». Достичь аналогичного успеха Теккерей не мог ни до, ни после публикации романа. Его величие и значение столь велико, что они несколько заслоняют то обстоятельство, что и до, и после «Ярмарки тщеславия» Теккерей сумел оставить существенный след во многих аспектах искусства XIX века. В «Барри Линдоне» и «Кэтрин» он удачно подражал плутовскому роману и пародировал такое чисто английское явление, как «ньюгейтский» роман; «Пенденнис», «Ньюкомы» и «Приключения Филипа» — плодотворные опыты Теккерея в жанре романа воспитания; «Генри Эсмонд» и «Виргинцы» — образцы исторического романа, отличные от вальтескоттовского типа.

В. Г. Короленко, характеризуя роман Диккенса «Домби и сын», отметил, что его наполняют «толпы персонажей». И в «Ярмарке Тщеславия», завершенной Теккереем в том же 1848 году, когда вышел отдельным изданием «Домби и сын», также «толпы персонажей». Среди них выделяются лица, на которых сосредоточено особое внимание автора, есть приметные, есть, можно сказать, и главное действующее лицо, но нет героя. И нет среды, нет духовной атмосферы, в которой могло бы развиваться героическое начало и предстать в живом образе. Быт, нравы изображены в «Ярмарке Тщеславия» со всеми подробностями, среда представлена многими лицами — и титулованной, и денежной знатью, но все это посредственность, с каким бы самомнением, с какой бы помпой она ни заявляла о себе. Ни одной истинно широкой натуры, духовно возвышенной и значительной. Ни одной сколько-нибудь масштабной личности. Самой яркой фигурой в толпе разноликих персонажей оказывается Бекки Шарп — выдающееся достижение художественного реализма. Вспомним восхищенное мнение Л. Н. Толстого о Диккенсе, которое поражает необычайностью формы выражения и неожиданным выводом: «Просейте мировую прозу, останется Диккенс, просейте Диккенса, останется «Дэвид Копперфилд», просейте «Копперфилда», останется описание бури на море». Проделаем ту же процедуру с Теккереем. Просеем все его произведения, останется «Ярмарка Тщеславия», просеем персонажей этого романа, всю их огромную толпу, останется Ребекка Шарп, просеем всех персонажей всех английских романов XIX и XX веков, Бекки Шарп останется в ряду самых значительных и живучих. Можно сказать, что Бекки Шарп давно стала именем нарицательным и в той или иной концентрации в разных общественных слоях и сферах заявляет о себе до сих пор. Среди вереницы персонажей это незаурядное лицо: «Пусть это роман без героя, но мы претендуем, по крайней мере, на то, что у нас есть героиня». По-разному можно воспринимать это авторское заявление — и соглашаясь с ним и сомневаясь в нем, — автор склонен подшутить и над собой и над читателем, но мнение автора, какой бы подтекст у него ни был, не следует игнорировать.

Ребекка Шарп умна, остроумна, артистична, обаятельна, полна энергии, деятельна, обладает твердостью духа, решимостью, силой воли. Когда она впервые появляется на страницах романа, непредубежденный читатель невольно проникается к ней симпатией. Как независимо и непринужденно, с понятной и обоснованной дерзостью, возмущенная бездушием, лицемерием, несправедливостью, ведет себя юная Бекки, покидая пансион мисс Пинкертон, напыщенной, чванливой и тщеславной женщины; пансион молодых девиц, где сироту Бекки, дочь бедных родителей — одаренного, но беспечного и спившегося художника и незаметной танцовщицы, — держали по необходимости, на положении парии. Но сущность характера Бекки Шарп, ее жизненная цель и средства, избираемые ею для достижения цели, образ ее поведения отнюдь не героического свойства. Бекки Шарп — воплощенный авантюризм, обусловленный корыстной целью. Пробиться вверх, к большим деньгам и знатному или видному положению — вот задача ее жизни. Пробиться вверх для того главным образом, чтобы иметь тщеславное удовольствие на все и всех смотреть сверху вниз. В своих устремлениях и в выборе средств для самоутверждения героиня легко пренебрегает нравственностью, высокими понятиями и человеческими чувствами, все свои достоинства мобилизует и расходует для достижения эгоистической суетной цели. Бекки Шарп отнюдь не склонна себя винить за безнравственный образ жизни, а всю вину переносит на внешние обстоятельства, так сказать, на недостатки материального обеспечения. «Пожалуй, и я была бы хорошей женщиной, имей я пять тысяч в год», — так рассуждает про себя Бекки. «Какой-нибудь олдермен, возвращающийся с обеда, где его угощали черепаховым супом, не вылезет из экипажа, чтобы украсть баранью ногу; но заставьте его поголодать — и посмотрите, не стащит ли он ковригу хлеба» — так утешала себя Бекки, соразмеряя шансы и оценивая распределение добра и зла в этом мире. «Кто знает, — комментирует автор «Ярмарки Тщеславия», — может быть, Ребекка и была права в своих рассуждениях и только деньгами и случаем определяется разница между нею и честной женщиной!» Может показаться, что Теккерей разделяет софизмы «маленькой авантюристки», как он называет свою героиню, имея в виду не масштабы авантюризма, а ее маленький рост. Так может казаться, но не должно.

Рассуждения Ребекки относительно того, что и она «была бы хорошей женщиной», имей она «пять тысяч фунтов в год», не безоговорочны, не случайно она начинает это свое рассуждение с вводного слова «пожалуй». И автор в своем комментарии избегает категоричного суждения, он, в свою очередь, говорит «может быть» и вскоре отметит несостоятельность и фальшь аргументов своей героини. И она «могла бы возиться в детской», если бы была материально обеспечена, говорит про себя Ребекка. Нет, не могла бы. Это знает и об этом скажет автор. У Бекки появится такая возможность, появятся деньги, милейший ребенок, мальчик Родон, отличная детская, но возиться она в ней не захочет, не сможет, это чуждо ее натуре. «Добрые мысли и тихие удовольствия были противны миссис Бекки: они раздражали ее; она ненавидела людей, которым они нравились; она терпеть не могла детей и тех, кто любит их». Из разных уст слышит читатель резкие и не пустые слова о Бекки Шарп: она способна «лгать без зазрения совести», «извлекать пользу из всего решительно», «вероломный друг и вероломная жена», она «злая, дурная женщина». Автор не оспаривает всех этих обличений маленькой Бекки и все же скажет о ней: «в сущности не злая». И также из разных уст читатель может услышать, что Бекки и мила и очаровательна, что она «добродушное и милое создание». И сам автор не раз взглянет на нее увлеченно, будет сравнивать ее с другими лицами и не сможет удержаться, чтобы не отметить ее поразительную и озадачивающую привлекательность.

Сравнение начинается с первых страниц романа, когда перед читателем появляются две юные особы, подруги, мисс Эмилия Седли и мисс Ребекка Шарп, с разным чувством и настроением покидающие пансион мисс Пинкертон. Сравнение будет продолжено до конца романа, сравнение двух лиц, двух духовных и нравственных обликов, двух типов поведения и в конечном итоге двух судеб, история которых и составляет основной сюжет романа.

Чистая, стыдливая, добрая, нежная — так говорят об Эмилии Седли. Корысть, эгоизм и нужда — таковы были «бессердечные наставники, которые руководили воспитанием бедной мисс Бекки Шарп. А у мисс Седли ее главной наставницей была любовь» — так поясняет автор причину, определившую разность характеров двух подруг. Казалось бы, все симпатии автора и читателя должны принадлежать милой Эмми, а Бекки можно только посочувствовать. Но автор не раз называет Эмми и бедняжкой, и глупенькой, говорит, что она «слишком скромна, слишком мягка, слишком безропотна и покорна», что дает основание и возможность бравому капитану Джорджу Осборну, ее возлюбленному, в «простом, смиренном, верном создании» с тщеславным удовлетворением видеть «преданную рабыню».

Читатель слышит разноречивые мнения о персонажах «Ярмарки Тщеславия», их выражают разные голоса, но и сами персонажи дают повод не односторонне судить о них, потому что это характеры сложные и противоречивые.

«Общество, — писал Диккенс, — редко допускает появление в романе человека с резко выраженными качествами, хорошими или плохими, остающимися притом правдоподобными». Диккенс вопреки общественному мнению руководствовался, особенно в начальный период своего творчества, именно упал принципом создания характеров и свои романы наполнил людьми с резко выраженными качествами. Они могут показаться и нередко кажутся неправдоподобными, порой фантастическими, особенно если их рассматривать вне художественного мира, созданного Диккенсом. Теккерей следует иному принципу, он стремится к тому, чтобы у персонажей своего романа выявить сложный комплекс психологических мотивов и движений. Он высоко ставит искусство изображения характеров в романе «Том Джонс, найденыш» Генри Филдинга, который, по словам Теккерея, «старается по мере своих сил и возможностей рассказать вам всю правду о человеческой природе, и добро и зло в характерах его героев одинаково жизненны». Не уклоняться от правды человеческой природы, анализировать ее без всякой предвзятости, передать сложность и противоречивость ее проявлений в жизненных характерах — к этому стремится Теккерей.

Характер Бекки Шарп демонстрирует поразительную жизнеспособность и коварную привлекательность авантюрно-хищной натуры. Добродетельная, скромная, тихая Эмилия Седли в сравнении с безнравственно-напористой Бекки Шарп кажется более заурядной, чем она есть на самом деле. «Пожалуйста, — советует автор, — не ломайте себе голову над тем, героиня Эмилия или нет». Эмилия не годится в салонные героини, ей не хватает ослепительного блеска, она слишком наивна, чтобы в чем-либо особенно отличиться. Но доброта и отзывчивость, выдержка и самоотверженность в трудное для нее время заметно выделяют Эмилию среди окружающих ее лиц. Стоит прислушаться к словам автора, проникнутым личным чувством: «…дай бог найти на склоне наших дней нежное плечо, на которое можно будет опереться, и ласковую руку», такую, как у Эмилии Седли. Эмилию нежно и самоотверженно любит Уильям Доббин, а он, по ее словам, «является олицетворением доброты и честности». И это не только слова Эмилии, которые могут показаться пристрастными, но и мнение самого автора. В этом читателю нетрудно убедиться, но у него все же могут возникнуть сомнения относительно достоверности этого характера, его соответствия действительности, возможности его пребывания в условиях «Ярмарки Тщеславия». Сомнения могут возникнуть и возникают, но рассеиваются при непредвзятом отношении к Уильяму Доббину. Самый положительный персонаж «Ярмарки Тщеславия» не производит того же сильного впечатления, какое производят положительные персонален диккенсовских романов, и не возбуждает столь же сильные симпатии. Возможно, это происходит потому, что не на Уильяме Доббине сосредоточены интересы автора, не его судьба занимает и заботит, не на нем акцентируется внимание читателя.

Как ни разветвлен сюжет «Ярмарки Тщеславия», основу его составляют события из жизни Эмилии Седли и Бекки Шарп. Эти контрастные характеры и судьбы дают разносторонний материал и повод для размышлений, нравственных суждений и выводов, чему способствуют комментарий и позиция автора. «Столько лжи и выдумки, столько эгоизма, изворотливости, ума — и такое банкротство!» Это о Бекки Шарп, заплатившей за свое авантюристическое поведение полным крушением своих тщеславных надежд. Ей самой, когда она задумывается о своей долгой жизни, эта жизнь представляется «унылой, жалкой, одинокой и неудачной». Бекки легко преодолевает минутное желание покончить с собой, это не только цепкий, но и жизнелюбивый характер, устремленный к яркой жизни. Однако она продолжает двигаться в избранном ею направлении, действовать привычными для нее средствами и опускается все ниже и ниже…

По-иному складывается жизнь Эмилии Седли. Много тягостного выпало на ее долю, она вела себя и наивно, и глуповато, но думала и заботилась не только о себе. Автор нашел возможным завершить рассказ о ней «счастливой концовкой» — браком с любящим ее человеком. И хотя устало смотрит Гименей на эту скромную пару, он доволен и приветлив — вдова Эмилия Седли и старый великодушный холостяк Уильям Доббин вполне заслужили ту тихую радость, какой, это можно представить, светятся их милые лица в момент, когда читатель расстается с ними.

«Ярмарка Тщеславия» — масштабное произведение, таким объемным представляли себе Диккенс и Теккерей жанр романа, большую эпическую форму, «эпос нового времени». Романа большого объема, «трехпалубного», как его обычно называют, требовали издатели и ожидали читатели в соответствии с традицией, шедшей от XVIII века. Многие романисты не следовали этой традиции. Они не выполняли формальные издательские требования, не учитывающие ни характера темы, ни творческого замысла, ни творческих возможностей автора. У Диккенса и Теккерея доставало и творческой фантазии, и мастерства, чтобы великое множество страниц наполнить огромным материалом, оживить его, связать все в единое целое, сделать повествование интересным и занимательным.

Время действия «Ярмарки Тщеславия» автор относит к первой трети XIX века, когда Европу сотрясали наполеоновские войны, когда героическое русское войско в Отечественной войне разгромило полчища «непоколебимого героя». В «Ярмарке Тщеславия» встречаются упоминания о русских, о Москве, но лишь самые беглые. Несколько страниц отведено битве при Ватерлоо, в которой участвуют некоторые персонажи романа, в том числе Уильям Доббин. В этой битве погибает его друг, беспутный супруг Эмилии Седли, Джордж Осборн. Рассказывается о том, как Джордж шел «впереди своей роты», когда войска под звуки полкового марша рано утром стали выходить из Брюсселя, как он «поднял голову, улыбнулся Эмилии и прошел дальше», как полк, в котором он командовал ротой, «выказал чудеса храбрости и некоторое время сдерживал натиск всей французской армии», а затем был «изрублен в куски». А когда Эмилия молилась за Джорджа, он уже «лежал ничком — мертвый, с простреленным сердцем». Автор отказался от выражения своих чувств при описании этих трагических событий из-за боязни придать им не свойственный обстоятельствам мелодраматический оттенок.

О большом историческом событии — битве при Ватерлоо (18 июня 1815 года) и его влиянии на частные судьбы говорится кратко, бегло, сдержанно, в полемике и в противоположность существующим представлениям, ура-патриотическим и сусально-романтическим описаниям. Командующий английскими войсками герцог Веллингтон вовсе лишен ореола величия и славы, какими его окружила официозная историография. Стоит вспомнить следующие строки из главы «Брюссель», чтобы уловить изобличительно-иронический характер отношения Теккерея к этому историческому лицу и к помпезным описаниям похода его армии: «Никогда еще со времен Дария не было у армии такого блестящего обоза, как тот, что в 1815 году сопровождал армию герцога Веллингтона в Нидерландах и в сплошных танцах и пиршествах довел ее, можно сказать, до самого поля сражения. Бал, который дала некая благородная герцогиня в Брюсселе 15 июня вышеупомянутого года, вошел в историю. Приготовления к нему взбудоражили весь город, и я слышал от некоторых людей, живших в то время в Брюсселе, что дамы говорили о нем и интересовались им куда больше, чем наступлением неприятеля». Трагедия и фарс, помпа и пошлость, захватывающая динамика большого события и порожденная им суетность тщеславных людишек, богатых и знатных, — в таких плотно соединенных чертах рисуется облик привилегированных общественных слоев в напряженный исторический момент. Собственно драматический, трагический аспект событий оттенен фарсовым, выявляющим эпидемию тщеславия как ведущую черту общественной психологии. Паника в Брюсселе, вызванная страхом приближения неприятельских войск, с особой наглядностью выявляет духовную суть и материальную основу этой психологии.

В «Ярмарке Тщеславия» немало примет отошедшего времени, в том числе частного свойства: в Брюсселе в театре зритель пользуется трубкой, так как «биноклей в то время еще не было», на званом обеде танцуют вальс — новый танец, он только что здесь появился. История вмешивается в романный сюжет, судьба некоторых персонажей оказывается в прямой зависимости от исторических событий и обстоятельств. И все же это не исторический, а социальный, нравоописательный, нравственно-сатирический роман, если воспользоваться определениями того же прошлого времени. Он посвящен не историческим событиям и их воздействию на общественное сознание и жизнь английского народа, а нравам и быту верхних и средних слоев английского общества, тому, как живет и чем дышит буржуазно-аристократическая Англия не столько в историческом движении, сколько «вопреки» ему, как бы не считаясь с опытом истории. Действие романа отнесено к прошлому, а действующие лица ведут себя так, как будто они не современники битвы при Ватерлоо, а современники автора «Ярмарки Тщеславия».

Теккерей-рисовальщик, взявшись иллюстрировать свой роман, изобразил его персонажей в современных костюмах, вероятно, потому, что тщеславие, спесь, суета не остались в прошлом. Историческая тема понадобилась ему для того главным образом, чтобы утвердить значительность сюжета и его достоверность, подчеркнуть устойчивость тех явлений, которые он объединяет образным наименованием: «Ярмарка Тщеславия».

Как и другие писатели его времени, Теккерей выступает в своем произведении всеведущим автором. Однако его всеведение не должно создавать впечатления, что он знает все о своих персонажах потому, что он их творец, что он сам все это сочинил. В известной мере Теккерей следует литературной традиции, характерной для английских романистов XVIII века, когда автор стремился представить себя читателю всего-навсего в роли издателя, редактора или доверенного лица. Теккерей говорит о себе как о «поверенном тайн» некоторых своих персонажей, о личном знакомстве с ними, он пишет о том, что узнал из первых рук… («Как потом сообщил мне капитан Доббин», — в скобках заметит Теккерей, рассказывая о венчании Эмилии Седли».) Так скрепляется связь отошедших событий и современности, их близость, создается впечатление реальной основы повествования, бытовой и психологической достоверности описываемого. Тому же способствует частое вкрапление в авторскую речь «чужой речи» — речи персонажей, а иногда и слияние их. Вместе с тем эта взаимосвязь как бы непроизвольно, непосредственно выявляет отношение автора к персонажам и обстоятельствам. Так, на знаменитом балу в Брюсселе 15 июня 1815 года, на который билеты «доставали ценою таких стараний, просьб и интриг, какие под стать только английским леди, жаждущим, встретиться с высшей знатью своей страны», Джордж Осборн ведет себя беспутно и неуважительно по отношению к своей юной супруге, любящей его и страдающей от его небрежения. И вдруг в момент своего безрассудного поведения он узнает, что через несколько часов должен покинуть Брюссель вместе со своей частью: на фронте началось решительное сражение. «Джордж вышел на улицу, весь дрожа под впечатлением этого известия, столь давно ожидаемого и все же столь неожиданного. Что теперь любовь и интрига? Быстро шагая домой, он думал о тысяче вещей, но только не об этом — он думал о своей прошлой жизни и надеждах на будущее, о жене и ребенке, с которым он, возможно, должен расстаться, не увидев его. О, если бы он не совершил того, что совершил в эту ночь! Если бы мог по крайней мере с чистой совестью проститься с нежным невинным созданием, любовь которого так мало ценил?.. Надежда, раскаяние, честолюбие, нежность и эгоистическое сожаление переполняли его сердце». Теккерей не воспроизводит диалектику сложных переживаний Джорджа Осборна, возникших у него в момент перелома в его судьбе, вызванного историческим событием. Он ограничивается перечислением возбужденных и переливающихся чувств, обозначает их точным словом и выявляет отношение Джорджа к их переменам. И тут же выражает свое отношение к этому самоанализу и самооценке — и прямо и косвенно, сливая авторский голос с внутренним голосом Джорджа, с голосом его совести, очищающим его душу от суетливых страстишек и устремлений. Вот Джордж вернулся домой и входит в комнату, где, закрыв глаза, лежит Эмилия. «Как она чиста, как хороша и как одинока! А он, какой он эгоист, грубый и бесчувственный! Охваченный жгучим стыдом, он стоял в ногах кровати и смотрел на спящую». Теккерей оттеняет и поддерживает эту победу нравственного начала в сознании Джорджа Осборна.

В русском переводе роман Теккерея «Ярмарка Тщеславия» впервые вышел в 1853 году под названием «Базар житейской суеты». Название заимствовано Теккереем из книги английского писателя XVII века Джона Беньяна «Путь паломника», произведения, необычайно популярного в Англии, оказавшего влияние на многих ее писателей. В этом романе, самом значительном повествовании Беньяна, автор выразил свое отношение к обществу своего времени в аллегорическом изображении ярмарки — базара житейской суеты, на котором все подчинено чистогану, все покупается и все продается — «все, что угодно».

«Базар житейской суеты», «Ярмарка суеты», «Ярмарка Тщеславия» — таковы русские переводы заглавия романа Теккерея «Vanity Fair». «Ярмарка Тщеславия» звучит менее конкретно, чем первое заглавие, но более лаконично, более отвечает оригиналу.

Ярмарка тщеславия уподобляется Теккереем житейской ярмарке, где вершатся купля и продажа, где беспрерывная сутолока производит шум и гам, где публику увеселяет балаган и сама ярмарочная суета похожа на балаганное представление. Обширное повествование, разделенное на пятьдесят семь глав, Теккерей предваряет кратким введением, озаглавленным «Перед занавесом». Здесь автор называет себя Кукольником, выступающим на подмостках балагана перед началом представления. На ярмарке тщеславия дают представление разные балаганы, но и сама эта ярмарка являет собой балаган. Два аллегорических образа — ярмарки и балагана — оказываются сквозными в структуре этого масштабного повествования.

Создавая «Человеческую комедию», Бальзак брал в пример величественную «Божественную комедию» Данте и свидетельствовал об обмирщении, утрате «божественного», возвышенного в человеческих устремлениях, подчиненных чистогану, обращенных к наживе.

Теккерей называет свое повествование комическим повествованием и «человеческую комедию» разыгрывает в балагане с вывеской «Ярмарка Тщеславия». Снижение представлений о человеке и жизни — характерное явление реалистической литературы Англии, анализирующей верхние слои буржуазно-аристократического общества. Сниженные представления сказывались, в частности, в характере традиционных сравнений жизни с театром, человека с лицедеем. Соотечественник и современник Теккерея, проницательный и оригинальный критик буржуазной действительности своего времени, Томас Лав Пикок (1785 — 1866), цитируя выражение Шекспира «Весь мир театр», сопровождает его горестным суждением: «А жизнь есть фарс». Однако это не только горестное, но и критическое, обличительное суждение. Выступая на подмостках ярмарочного балагана в шутовском колпаке в роли Кукольника, автор «Ярмарки Тщеславия» не думает забавлять своего зрителя, то есть читателя, беспечными, добродушными или язвительными шутками. Шуту было позволено говорить горькие истины. И автор «Ярмарки Тщеславия», Кукольник, на подмостках этого балагана, выступает с намерением говорить правду, независимо от того, что у него на голове: «колпак ли с бубенцами или широкополая шляпа». С намерением «вывести на чистую воду и строго покарать своих злодеев», к которым питает «искреннюю ненависть, которую не в силах побороть». А злодеи его — это те, «кто не питает уважения ни к чему, кроме богатства, закрывает глаза на все, кроме успеха. Такие люди живут в этом мире, не зная ни веры, ни упования, ни любви». «Давайте же, дорогие друзья, — обращается автор с призывом к своим читателям, — ополчимся на них со всей мощью и силой! Преуспевают в жизни и другие — шарлатаны и дураки, и вот для борьбы с такими-то людьми и для обличения, несомненно, и создан Смех!» Смех с большой буквы. Смех широкообъемлющий, мощное демократическое средство обличения и отрицания. Его возбуждают сатира, юмор, ирония — разные средства обнажения комического, но больше всего перо Теккерея заставляет трудиться сатиру. Точны, выразительны, беспощадны в сатирической обрисовке созданные этим пером многочисленные семейные и индивидуальные портреты, выявляющие мерзкую нравственную и духовную сущность лиц знатных, богатых, влиятельных, марионеток из балагана «Ярмарки Тщеславия».

«Семейные портреты» — так называет Теккерей главу, которая сразу следует за его призывом к читателю сплотиться против ненавистных ему лиц со всей силой и мощью, главу, которую он посвящает семейству Кроули. В этом семействе, занимающем видное место в сюжете романа, юная Ребекка Шарп начинает свою карьеру с роли гувернантки, употребляя неиссякаемую энергию, женское очарование, изрядную долю лицемерия и практической изворотливости для того, чтобы добыть себе мужа. Глава этого семейства сэр Питт Кроули, баронет и член парламента, «важное лицо в своей стране, опора государства», хотя «человек едва грамотный», грубый, тщеславный, сластолюбивый, «философ с пристрастием к тому, что называется низменными сторонами жизни». «На ярмарке тщеславия он занимает более высокое положение, чем люди самого блестящего ума или незапятнанной добродетели». Ребекка добивается того, что младший отпрыск сэра Питта Родон Кроули, «надменный, наделенный сильными желаниями и карликовым мозгом», становится ее супругом. Но она метит выше, ее покровителем становится влиятельный вельможа лорд Стайн, украшенный многими титулами, увешанный отечественными и иностранными орденами, прославленный за добродетели, щедроты и таланты, которыми он никогда не обладал. История отношений прелестной авантюристки Бекки, ставшей миссис Кроули, и знатного влиятельного сластолюбца Стайна — блестящая сатирическая иллюстрация нравов высшего света — очень хорошо выражает отношение к нему автора «Ярмарки Тщеславия». Как и лаконичная язвительная заметка о кончине этого великосветского ретрограда: «Спустя два месяца после французской революции 1830 года» достопочтенный маркиз Стайн скончался от потрясения, «каким явилось для чувствительной души милорда падение древней французской монархии». Теккерей был свидетелем чартистского движения, которое представляло собой, по характеристике В. И. Ленина, «…первое широкое, действительно массовое, политически оформленное, пролетарски-революционное движение…»1. Социальный протест, выраженный этим движением, революционные события в континентальной Европе отозвались в «Ярмарке Тщеславия» особой силой и страстью социального обличения.

Многозначительно признание Теккерея в письме к матери 26 марта 1851 года: «Все теперешние писатели как бы инстинктивно заняты тем, что развинчивают гайки старого общественного строя и подготавливают его к предстоящему краху. Я нахожу своеобразное удовольствие в том, что понемножку участвую в этом деле и говорю разрушительные вещи на добродушно-шутливый лад…» Известный английский издатель Александр Макмиллан склонен был рассматривать творчество Теккерея как предельную меру художественной критики буржуазного общества. В письме к начинающему романисту Томасу Гарди он писал, что во многих случаях Теккерей беспощаден в своей критике, но все же делает «смягчающие штрихи».

Ненависть Теккеря к ярмарке тщеславия, к марионеткам привилегированного балагана находила выход в решительном их обличении, однако замкнутость в обличаемой сфере, роль Кукольника, которую писатель избрал для себя как автор балаганной комедии, утомляли его, питали в нем настроение безысходности. «О братья по шутовскому наряду!» — с горькой иронией воскликнет он, обращаясь к читателю. Звон бубенцов на шутовском колпаке недолго забавляет его, в конце концов приводит в уныние: «оставшись наедине с собой», он чувствует «себя глубоко несчастным». Шутовская ирония играет у Теккерея существенную роль не только как средство сатиры, но и как форма самокритической рефлексии, вызванной горьким сознанием неосуществимости идеала. И это печальное сознание в последовательном развитии склоняется к пессимистическому изречению Екклезиаста: «все суета и томление духа».

Л. Н. Толстой в «Севастопольских рассказах» с горечью отметил эту сосредоточенность сознания на ярмарке тщеславия и замкнутость в ее среде. «Тщеславие, тщеславие и тщеславие везде — даже на краю гроба и между людьми, готовыми к смерти из-за высокого убеждения. Тщеславие! Должно быть, оно есть характеристическая черта и особенная болезнь нашего века… Отчего Гомеры и Шекспиры говорили про любовь, про славу и про страдания, а литература нашего века есть только бесконечная повесть «Снобов» и «Тщеславия».

Действие «Ярмарки Тщеславия» отнесено автором к 10-20-м годам XIX века, захватывает часть той исторической эпохи, которая изображена в романе Толстого «Война и мир». У Теккерея, как можно видеть хотя бы по некоторым эпизодам, была возможность расширить сферу творческого наблюдения, обратившись к проявлению высоких убеждений и чувств, вызванных подъемом патриотического настроения в условиях отпора наполеоновскому нашествию. В кратком эпизоде он отметил нравственное потрясение Джорджа Осборна, душевное очищение силой патриотического чувства, гражданского и воинского долга. Однако творческая мысль Теккерея не пошла в этом направлении, вернулась к «Снобам» и «Тщеславию», и читателю не представилась возможность проследить духовное развитие Джорджа Осборна на поле боя и в солдатской среде — он погиб в первом же сражении. У Теккерея был свой замысел, определившийся характером личного опыта, творческой склонности, гражданской позиции. Он исполнил творческий и гражданский долг, воплотив свой замысел в «Ярмарке Тщеславия», неувядающем произведении словесного искусства. Он обнажил и заклеймил порок тщеславия, охвативший современное ему общество словно эпидемическая болезнь, он сорвал маски со снобов, паразитов, хищников, лицемеров разного калибра и социального положения.

Теккерей не изменил своей установке говорить правду, не опасаясь того, что «на свет божий должно выйти столько неприятных вещей, что и не приведи бог». Он выразил свою ненависть к тем, кто ее заслужил, со всей силой заразительного и оздоровляющего сатирического смеха. Он испытывал глубокие и мрачные чувства, одиночество и безысходность, но не утратил веры в человека, поддерживал и утверждал в нем мысли и чувства, достойные уважения. В словах, обращенных к читателю, он говорит: «Я хочу просить позволения, на правах человека и брата, по мере того, как мы будем выводить наших действующих лиц, не только представлять их вам, но иногда спускаться с подмостков и беседовать о них; и если они окажутся хорошими и милыми, хвалить их и жать им руки; если они глуповаты, украдкой посмеяться над ними вместе с читателем; если же они злы и бессердечны, порицать их в самых суровых выражениях, какие только допускает приличие».

Нет сомнения, читатель с пониманием и благодарностью отзовется на обращение к нему великого английского писателя, гуманиста и гражданина, с удовольствием и пользой для себя прочитает эту замечательную книгу.

Глава 2. «Мертвые души» как социальная закономерность и их художественное выражение в романе У. Теккерея «Ярмарка тщеславия»

Типологические связи», содержит анализ типологических схождений романного творчества Теккерея и ключевых для русского литературного процесса XIX века писателей — Н.В. Гоголя и И.С. Гончарова. Особое внимание уделяется сопоставлению жанрообразующих аспектов их творчества, что позволяет нам проследить некоторые особенности эволюции романного жанра в двух национальных литературах.

Проведем сравнительно-типологический анализ двух крупнейших произведений Теккерея и Гоголя — романа «Ярмарка тщеславия» и поэмы «Мертвые души», на основе присутствия в них элементов традиции плутовского романа, своеобразно преломившихся в творческих методологиях обоих авторов, влияние на которых, кроме прочего, оказал Г. Филдинг.

Отмечается, что архетип героя-плута играет одну из заметных ролей в европейской литературе XVII-XVIII веков; наиболее яркое и во многом новаторское воплощение в первой половине XIX в. он, как подчеркивается в работе, получил именно у Теккерея и Гоголя. Основной момент, сближающий их произведения в аспекте обращения к герою-плуту, заключается в масштабности замысла. Хотя «Мертвые души» стали финалом творческого пути Гоголя, а «Ярмарка тщеславия», напротив, началом большой писательской карьеры Теккерея, оба произведения являются magnum opus своих авторов. При этом подчеркивается, что поэма Гоголя и роман Теккерея не являются некими отголосками или рецидивами пикарески, неожиданно возникшими в 40-е годы XIX века. Оба произведения не претендуют на более близкое сношение с этим жанром, чем в освоении некоторых элементов пикарескной традиции.

Ключевыми фигурами в аспекте этого освоения являются Ребекка Шарп и Чичиков. Сущность этих персонажей определяет жанрово-композиционные особенности произведения, а также позицию авторов и их повествовательную манеру.

Утверждается, что образы Ребекки и Чичикова во многом походят на плутов из классической пикарески. Их деятельность непременно сопрягается с фактами их биографии. Раннее взросление закаляет их морально и подчеркивает их отличие от любой другой фигуры в отдельно взятой среде, их отчуждение и непреходящее одиночество индивидуальности. В то же время, они так или иначе находятся в самом центре событий, привлекая внимание своей бурной деятельностью. Вместе с тем, их «возвышение» над «классической» фигурой плута видится нам их главным типологическим сходством. Их отличие от канонических пикаро состоит в их четкой мотивированности, у последних отсутствовавшей, что ставило под сомнение целостность плутовской фигуры. Во многом поэтому композиции пикарески зачастую характер калейдоскопический событийный ряд, позволявший строить повествование до бесконечности. Стремление Бекки вступить в выгодный брак, а Чичикова — обогатится с помощью аферы с мертвыми душами, во многом определяет архитектонику обоих произведений и характер взаимодействия стержневых персонажей со средой. Ребекка разворачивает свою деятельность. среди семейств Седли, Кроули и Осборнов; Чичиков в рамках реализации своего плана наносит визиты помещикам. Другой разрыв с традицией пикарески состоит в высокой степени социализации обоих персонажей: они идеально вписываются в изображенный авторами социум. М.М. Бахтин, отмечая важность образа плута, говорил о его непосредственной близости к картинам частной жизни на правах «третьего лица», характерных, например, для слуги. Ю.В. Манн уточнял, что Чичиков, в силу своего статуса — скорее, «второе лицо». Ребекка, в свою очередь, стремится превратиться из «третьего лица» во «второе»; рано или поздно ей это удается.

Оригинальным образом в фигурах Чичикова и Ребекки преломляются и любовные интриги произведений. Чичиков проявляет полное отсутствие любовного интереса к женскому полу; редкие пассии рассматриваются им исключительно с точки зрения обогащения. Область любовных интриг Ребекки обусловлена ее истинными целями. Последовательно возбуждая в мужчинах симпатию, сама она всегда остается холодной и расчетливой. Если для Эмилии Седли любовь — «главная наставница», для Ребекки это лишь необходимый в ее деле рычаг воздействия. Каждая новая любовная интрига Ребекки носит особенный характер, отличный от предыдущей. Соблазнение Джозефа Седли — своего рода «пробный шар»; флирт с Джорджем Осборном подчеркивает дихотомию образов Ребекки и Эмилии, их соперничество; замужество с Родоном Кроули — ее перспективный «проект». Как и в случае с Чичиковым, в какой-то момент кажется, что Ребекка влюбилась и составляет с Родоном романтический преступный тандем, однако как выясняется позже, Родон — лишь необходимая Ребекке ступень на социальной лестнице. Ясность в образ Бекки Теккерей вносит, описывая ее отношения с подрастающим сыном, оттеняя тем самым положительные качества Родона.

Смысл образов Бекки и Чичикова как таковых подчеркивается авторами с помощью слухов и сплетен о них, которые материализуются будто из воздуха и по-своему интерпретируются обитателями города NN и теккереевской ярмарки тщеславия. Представ перед высшим светом как мисс Родон Кроули, Ребекка 17

становится объектом дамских сплетен. Схожим образом поддерживается иллюзорность и фиктивность образа Чичикова. Слово «миллионщик» витает над Чичиковым так же, как над Бекки витает слово «Монморанси».

Хотя среда обитания Чичикова гораздо более камерна, чем Ребекки, характер их движения сквозь нее имеет схожие черты. В первую очередь это движение по кругу. У Чичикова в первом томе поэмы оно выражается в маршруте «город — помещики -город», а во втором томе приобретает новый характер — «дурной бесконечности» (термин Ф. Гегеля), когда Чичиков попадается на подделке завещания. Ребекка, начав свою «карьеру» соблазнительницы с Джозефа Седли, в конечном итоге становится его женой, после чего мы номинально «теряем» ее след сообразно «размытой» концовке «Ярмарки тщеславия».

Важным, на наш взгляд, сходством творческих методологий Теккерея и Гоголя является решение проблемы изображения действительности. В обоих случаях она решается созданием «альтернативной» реальности; правда, для ее создания авторы прибегают к разным методам. Теккерей подчеркивает аллегоричность своего романа, ссылаясь на другую, ярко выраженную аллегорию — произведение Баньяна. Ему чужды излишняя драматизация и «выпуклые» образы Гоголя; вместе с тем, мир «Ярмарки тщеславия» он представляет как кукольный театр, усиливая тем самым чувство полного контроля автора над событийным рядом. Приемы Гоголя по большей части не отличны от теккереевских, однако общая позиция автора относительно собственно текста, а также протагонистов в обоих произведениях очень схожа и однозначно восходит к концепции «комического эпоса в прозе», выработанного Г. Филдингом в «Истории Тома Джонса, найденыша». Последний сыграл решающую роль в становлении так называемого «аукториального» романа (на это указывает Ю. В. Манн), в котором присутствует рассказчик, не являющийся персонажем произведения и не контактирующий с другими персонажами, однако рефлексия его распространяется не только на предмет рассказа, но и на процесс его создания. Это создает особые отношения не только между автором и текстом, но и между автором и героем, автором и читателем, читателем и текстом — отношения гораздо более глубокие, чем в классическом плутовском романе. Приверженность Гоголя в такой манере, как и большое значение, которое он придавал творчеству Филдинга — общее место в работах о Гоголе. Вместе с тем, известно, что Филдинг был ии любимым писателем Теккерея, более того — последний считал себя его учеником, а современники также признавали самого Теккерея его последователем. Свидетельская позиция автора в «Ярмарке тщеславия» изначально оттеняется его ролью «кукольника». Это выражается не только в многочисленных авторских отступлениях от текста и паузах, во время которых он воспринимается как свидетель всех событий, но и в том, как Теккерей изображает эти события, будто подчеркивая некоторое несовершенство свидетельской позиции. Как и Филдинг, Теккерей также позиционирует события романа не как подлинные, а как существовавшие до момента его написания, в чем также сближается с Гоголем. О связи Теккерея с созданной им реальностью дополнительно также сообщает наличие в романе «информаторов», таких, как знающий «чужие дела» «всех и каждого» Том Ивз. Схожим образом мы узнаем от Гоголя подробности биографии Чичикова; в обоих случаях получается, что не автор ведет персонажа по повествованию, а персонаж ведет автора — на правах центральной фигуры. Подобные особенности повествовательной техники Теккерея и Гоголя подчеркивают полную самостоятельность их героев, и автономность созданных ими миров. В итоге читатель становится свидетелем не только развития событий, относящихся непосредственно к сюжету, но и самого процесса повествования — роман как бы пишется на наших глазах.

Проведенный анализ, убеждает, что «Ярмарка тщеславия» и «Мертвые души» — яркие примеры использования элементов пикарески, характерные также для английской романистики XVIII века (Дефо, Смоллетт, Филдинг), а также для первых опытов русского романа (Чулков, Нарежный, Булгарин). Создав событийный ряд и галерею образов, внешне обращенные к традиции пикарески, а внутренне — в острой социальной проблематике эпохи, Гоголь и Теккерей предстают создателями эпических полотен, каждое их которых по-своему раскрывает глубинные национальные проблемы, равно как и особенности человеческой природы в целом.

Заключение

Современные литературные критики утверждают, что ни одно из поздних произведений Теккерея не знало взлета сатирического мастерства, которое по праву делает «Ярмарку тщеславия» самой яркой и запоминающейся книгой писателя. В известной степени все поздние произведения Теккерея, так или иначе, повторяют ее. Меняются костюмы, декорации, а драма человеческой жизни, метафорически определенная Теккереем как «ярмарка тщеславия», остается той же.

Английский критик Арнольд Кеттл писал о романе: «Широта охвата действительности, яркость изображаемой картины, жизненность образа Бекки, богатство и красочность комических персонажей и ситуаций — все эти достоинства берут начало в проницательности, с которой Теккерей сумел заглянуть в сущность буржуазного мира, и в той честности, с которой он живописал его».

Теккерей в «Ярмарке тщеславия» сумел сказать удивительно многое не только о своей эпохе, современном ему английском обществе, но и о жизни, нравственной природе человека, о движении времени. Социальное обличение, сатира и философия слились в нем воедино.

В романе история с гигантской общественной платформы переведена в область человеческих, семейно-личностных отношений, в которой особенно явно просматривается нравственный аспект явлений. Нравственные оценки писателя, в частности, не приятие любых проявлений позерства, фальши, неестественности помогут внимательному читателю выработать собственные критерии добра и красоты. Поэтому и в наши дни роман Уильяма Теккерея «Ярмарка тщеславия» не утратил остроты своего звучания.

Оценка творчества Теккерея ведущими критиками России 40-60 гг., в частности, А.В. Дружинина и Н.Г. Чернышевского, во многом оказалась обусловлена не только сложившейся в стране на тот момент общественно-политической обстановке, но и эстетическими позициями обоих литераторов. Русские классики, наряду с зарубежными, внесли неоценимый вклад обогащение романного жанра и становления классического реализма в XIX веке. В их творчестве разнообразно преломлялась традиция испанского плутовского романа, романа большой дороги, романа воспитания. Помещенные Теккереем и Гоголем на свои реалистические полотна герои Ребекки Шарп и Чичикова явились замечательными примерами модификации плутовского образа, над которым веками работали мастера испанской, французской и английской прозы.

Путь Теккерея к успеху с «Ярмаркой тщеславия» был долгим, но не менее трудно шел он к изображению реального человека, ставшего центральной фигурой в новоевропейском романе — в «Пенденнисе», а затем в «Ньюкомах» и «Приключениях Филипа». На протяжении трех романов мы наблюдали за судьбой Артура Пенденниса — пожалуй, самого близкого Теккерею героя. Теккерею удалось написать одну из самых удачных вариаций на тему романа воспитания в трех частях, тем самым поддержав негласную «форматную» тенденцию, находящую типологические сходства с трилогией И.С. Гончарова.

Список литературы

1.Винтерих Д. Приключения знаменитых книг. — М.: Книга, 1979. — 160с.

.История всемирной литературы в 9 томах. Том 6. — М.: Наука, 1989. — 880с.

.История всемирной литературы в 9 томах. Том 7. — М.: Наука, 1990. — 830с.

.Краткая литературная энциклопедия в 9 томах. Том 7. — М.: Советская энциклопедия, 1972. — 1008 с.

.Михальская Н. «Ярмарка тщеславия» У. М. Теккерея. / Вступительная статья к книге У. Теккерей «Ярмарка тщеславия». — М.: Художественная литература, 1983. — 734 с.

.Сумина Е. Две героини. — Газета «Литература» №31, 2001. — с.14.

.Теккерей У.М. Творчество. Воспоминания. Библиографические разыскания. — М.: Книжная палата, 1989. — 488 с.

Теги:
Анализ произведения У. Теккерея «Ярмарка тщеславия» 
Курсовая работа (теория) 
Литература

Курсовая работа: Проблематика и тематика романа Уильяма Теккерея Ярмарка Тщеславия

Введение

Представленная работа посвящена теме «Проблематика и тематика романа Уильяма Теккерея «Ярмарка тщеславия»». Проблема данного исследования носит актуальный характер в современных условиях. Об этом свидетельствует частое изучение поднятых вопросов.

Вопросам исследования посвящено множество работ. В основном материал, изложенный в учебной литературе, носит общий характер. Однако требуется учет современных условий при исследовании проблематики обозначенной темы.

Высокая значимость и недостаточная практическая разработанность проблемы «Проблематика и тематика романа Уильяма Теккерея «Ярмарка Тщеславия»» определяют несомненную новизну данного реферата.

Актуальность этой работы обусловлена, с одной стороны, большим интересом к теме «Проблематика и тематика романа Уильяма Теккерея «Ярмарка Тщеславия»» в современной науке, с другой стороны, ее недостаточной разработанностью.

Объектом данного исследования является анализ условий «Проблематика и тематика романа Уильяма Теккерея «Ярмарка Тщеславия»»

При этом предметом исследования является рассмотрение отдельных вопросов, сформулированных в качестве задач данного реферата.

Целью исследования является изучение темы «Проблематика и тематика романа Уильяма Теккерея «Ярмарка Тщеславия»»

В рамках достижения поставленной цели нами были поставлены следующие задачи:

1. Изучить литературу по данной теме;

2. Сказать об актуальности проблемы «Проблематика и тематика романа Уильяма Теккерея «Ярмарка Тщеславия»»;

3. Рассказать о творчестве писателя данного произведения;

4. Проанализировать произведение по нескольким пунктам.

Работа имеет традиционную структуру и включает в себя введение, основную часть, состоящую из двух глав, заключение и список литературы.

Во введении обоснована актуальность выбора темы, поставлены цель и задачи реферата.

Глава I Творчество Уильяма Теккерея

1.1 Биография Уильяма Теккерея

Уильям Мейкпис Теккерей (William Makepeace Thackeray) (1811-1863), английский писатель, автор знаменитого романа «Ярмарка тщеславия». Родился 18 июля 1811 года в Калькутте (Индия) в семье высокопоставленного чиновника Ост-Индской компании. Шести лет был отправлен в Лондон для учебы. Учился в частных школах и в 1822-1828 годах в Чартерхаус-скул. Вскоре в Лондон переехала и мать, после смерти мужа вторично вышедшая замуж. После школы Теккерей поступил в Тринити-колледж Кембриджского университета.

Поначалу Теккерей пробовал себя в графике и живописи. Он брал уроки рисования в Париже, впоследствии иллюстрировал свои произведения. В 1836 году едва не состоялся его творческий союз с Диккенсом, искавшим художника для «Посмертных записок Пиквикского клуба». Женившись в том же году на Изабелле Шо, он всерьез обратился к литературе. В последующее десятилетие сочинения Теккерея в малых жанрах (зачастую под псевдонимами) украшали страницы лучших периодических изданий того времени.

Семейная жизнь Теккерея складывалась драматически. У него родились три дочери, но из-за развившейся душевной болезни жены супруги вынуждены были расстаться. Теккерей вернулся к холостяцкой жизни, отдав двух дочерей (третья умерла) на попечение матери и отчима. В 1846 году он купил дом и перевез туда дочерей.

Слава и материальное благополучие пришли к Теккерею в 1847-1848 годах, когда ежемесячными выпусками издавалась «Ярмарка тщеславия» («Vanity Fair»). Роман повествует о тесно связанных между собой, но во многом противоположных судьбах двух подруг по пансиону; время действия — первые десятилетия 19 века. В образе яркой авантюристки Ребекки Шарп, ради положения в обществе забывшей о совести и чести, писатель дал исторически конкретный английский вариант бальзаковского Растиньяка. Название романа и всеобъемлющий образ «ярмарки житейской суеты» пришли из аллегорического романа Д. Беньяна «Путь паломника». Обнажив глубоко поразившие общество лицемерие, эгоизм и моральную нечистоплотность, Теккерей дал многозначительный подзаголовок своему остросатирическому роману: «Роман без героя».

Духом критицизма проникнуты и другие масштабные романы Теккерея: «Пенденнис» («Pendennis», 1848-1850), «История Генри Эсмонда» («The History of Henry Esmond», 1852), «Ньюкомы» («The Newcomes», 1853-1855), «Виргинцы» («The Virginians», 1857-1859), «Приключения Филиппа» («The Adventures of Philip», 1861-1862). Писатель находил время и для более скромных литературных предприятий: выпустил пять рождественских книг (среди них хрестоматийное «Кольцо и роза» — «The Rose and the Ring», 1854), писал стихи и баллады, читал лекции в Англии и Америке (изданы в 1853 году под названием «Английские юмористы XVIII века» — «The English Humourists of the Eighteenth Century»), редактировал журнал «Корнхилл» («Cornhill», 1860-1862), где вышли его «Ловел, вдовец» («Lovel the Widower», 1860), «Филипп» и «Заметки о разных разностях» («Roundabout Papers», 1860-1863) — серия очерков, написанных с великолепной легкостью и демонстрирующих мудрую зрелость его взглядов на жизнь. Два года спустя Теккерей оставил журнал и приступил к новому роману, «Дени Дюваль» («Denis Duval», 1864). Роман не был закончен — писатель умер в Лондоне 24 декабря 1863 года.

В романах, рассказах и очерках Теккерея развернута широчайшая картина «человеческого бытия, однако она не охватывает все социальные группы в равной степени: низшие классы представлены относительно мало. Писатель имел дело в основном с высшими кругами общества и особенно интересовался людьми, поднявшимися предосудительным образом, из милости либо благодаря тугому кошельку. Он вывел эту многоликую породу в „Книге снобов“ (»The Book of Snobs», 1846-1847). Британцу, утверждал Теккерей, свойственно стремление любыми способами занять более высокое положение.

Теккерей любил рассказывать истории и комментировать их в процессе рассказа. Даже повествуя о современности, он играл роль историка: избранный материал представляет общественное достояние, и по отношению к нему должно выдерживать дистанцию. В финале «Ярмарки тщеславия» Теккерей пошел еще дальше, представившись «кукольником». Эта блистательная находка подключила технику кукловода к искусству ведения рассказа. Автор свободно толкует о своих персонажах и ходе действия, словно читатель сидит бок о бок с ним и они вместе наблюдают фантасмагорию спектакля. Образ читателя-собеседника (у Филдинга — читателя-друга) обогатил искусство повествования.

1.2 Место писателя в развитии английской и мировой литературы

Одним из самых известных имен как в английской, так и в мировой литературе является имя Уильяма Теккерея. Он вошел в мировую литературу со своим романом «Ярмарка Тщеславия».

Это произведение стало вершиной творчества писателя. «Ярмарка Тщеславия» вобрала в себя все то, что было сделано Теккереем-художником за десять предшествующих лет.

Уильям Мейкпис Теккерей (1811-1863) давно занял свое заслуженное место среди классиков мировой литературы, и сегодня уже никто не сомневается в силе его дарования и значении его наследия.

Но слава пришла к Теккерею поздно, и признание далось ему не легко.

О Теккерее как крупнейшей литературной силе, единственном сопернике Диккенса в Англии, заговорили только тогда, когда вышла его знаменитая «Ярмарка тщеславия». А вышла она на половине творческого пути большого мастера, когда тяжелая болезнь уже подтачивала его силы и жить ему оставалось не так много .

Творчество Теккерея составляет одну из вершин английской литературы XIXвека. Теккерей, как и Диккенс, является создателем английскогореалистического социального романа.

Вклад Теккерея в развитие английского и европейского реализма нового типа огромен. Теккерей — создатель подлинно критического и психологического направления в английской литературе этого периода.

В некрологе на смерть Теккерея критик Дэвид Мейзон писал о нем в журнале «Читатель»: «… апостол и представитель реализма, писатель, настаивающий на необходимости быть ближе к природе и факту, правдиво и полно изображавший явления своего времени».

Глава II Тематика и проблематика произведения «Ярмарка тщеславия»

2.1 История создания произведения

Одним из самых известных имен, как в английской, так и в мировой литературе является имя Уильяма Теккерея. Самое известное его произведение — «Ярмарка тщеславия» (1848; в прежних русских переводах заглавие передано более точно -«Базар житейской суеты») обращено к прошлому, хотя и близкому: действие происходит в годы наполеоновских войн. Создатель романа заимствовал название у писателя XVII в. Джона Бэньяна, который в своей аллегории «Путь паломника» изобразил, как герой во время странствия в Град Спасения попадает на «ярмарку житейской суеты», где можно приобрести все, что угодно: дома, земли, титулы, жен, мужей. Когда Теккерей приступал к работе над «Ярмаркой тщеславия», он был известен только в кругу профессионалов-литераторов, после же публикации романа он выдвинулся в первый ряд современных писателей и стал соперником самого Диккенса. Вероятно, Теккерей сознавал, что совершает серьезный и важный шаг: «Ярмарка» — первое произведение, которое он подписал своим именем. Воссоздавая судьбы двух подруг по пансиону, принадлежащих к разным социальным слоям, Теккерей добился органического соотнесения частной и исторической жизни: почти не соприкасаясь впрямую, они постоянно оттесняют друг друга. Роман, представляющий собой достоверную картину английского общества изображаемого времени, затрагивает сложную этическую проблематику. Она связана с духовным самоопределением личности в условиях, когда доминирует все «суетное, злонравное, сумасбродное, полное фальши и притворства» Это произведение стало вершиной творчества писателя. «Ярмарка тщеславия» вобрала в себя все то, что было создано Теккереем-художником за десять предшествующих лет, продолжила то, что было намечено в «Книге снобов».

2.2 Черты социально – бытового и исторического романа в произведении

В «Ярмарке тщеславия», хотя роман этот по своим жанровым признакам скорее социально-бытовой, а не исторический, отразились взгляды автора на способ изображения исторических событий в художественном произведении. Следует подчеркнуть, что в нем четко просматриваются элементы плутовского романа, с которым прекрасно был ознакомлен автор. Эти элементы четко прослеживается в судьбах двух главных героинь, особенно Ребекки Шарп.

Необходимо видеть еще и глубинную, ускользающую от поверхностного взгляда (каким нередко бывает взгляд официального историографа) связь между историческим событием и повседневными судьбами незаметных, рядовых людей. Уильям Теккерей полагал, что об истории нельзя судить только по официальному парадному фасаду. Разорение старика Седли, вдовство Эмилии, сиротство ее сына — все это, как показал автор, не менее значительные события, чем деяния полководцев и монархов, прославленных официальной историей.

Гениева Е. Ю. пишет, что в произведении «Ярмарка тщеславия» художественное пространство определено двумя параметрами — макро- и микромиром. Здесь развертывается широкая панорама английской жизни первой половины XIX века. В нем изображены столица Британской империи, ее пригороды, поместья и большие дороги. События романа происходят в Англии, переносятся в Бельгию, Францию, Германию, Италию, говорится об Индии и Африке. Места, упомянутые в произведении, являются фоном или основой для всех событий, происходящих в «Ярмарке тщеславия». Это — макромир, противопоставленный узкому и замкнутому микромиру, который позволяет увидеть внутренний мир человека.

2.3 Теккерей о Ярмарке Тщеславия

Англия, начало XIX в. Европа воюет с Наполеоном, но это не мешает множеству людей, одержимых честолюбием, продолжать погоню за мирскими благами — состоянием, титулами, чинами. Ярмарка Тщеславия, Базар Житейской Суеты бурлит сильно и мощно…

Теккерей-рисовальщик, взявшись иллюстрировать свой роман, изобразил его персонажей в современных костюмах, вероятно, потому, что тщеславие, спесь, суета не остались в прошлом. Историческая тема понадобилась ему для того главным образом, чтобы утвердить значительность сюжета и его достоверность, подчеркнуть устойчивость тех явлений, которые он объединяет образным наименованием: «Ярмарка Тщеславия».

Как и другие писатели его времени, Теккерей выступает в своем произведении всеведущим автором. Однако его всеведение не должно создавать впечатления, что он знает все о своих персонажах потому, что он их творец, что он сам все это сочинил. В известной мере Теккерей следует литературной традиции, характерной для английских романистов XVIII века, когда автор стремился представить себя читателю всего-навсего в роли издателя, редактора или доверенного лица. Теккерей говорит о себе как о «поверенном тайн» некоторых своих персонажей, о личном знакомстве с ними, он пишет о том, что узнал из первых рук… («Как потом сообщил мне капитан Доббин», — в скобках заметит Теккерей, рассказывая о венчании Эмилии Седли».) Так скрепляется связь отошедших событий и современности, их близость, создается впечатление реальной основы повествования, бытовой и психологической достоверности описываемого. Тому же способствует частое вкрапление в авторскую речь «чужой речи» — речи персонажей, а иногда и слияние их. Вместе с тем эта взаимосвязь как бы непроизвольно, непосредственно выявляет отношение автора к персонажам и обстоятельствам.

Ярмарка тщеславия уподобляется Теккереем житейской ярмарке, где вершатся купля и продажа, где беспрерывная сутолока производит шум и гам, где публику увеселяет балаган и сама ярмарочная суета похожа на балаганное представление. Обширное повествование, разделенное на пятьдесят семь глав, Теккерей предваряет кратким введением, озаглавленным «Перед занавесом». Здесь автор называет себя Кукольником, выступающим на подмостках балагана перед началом представления. На ярмарке тщеславия дают представление разные балаганы, но и сама эта ярмарка являет собой балаган. Два аллегорических образа — ярмарки и балагана — оказываются сквозными в структуре этого масштабного повествования.

Теккерей называет свое повествование комическим повествованием и «человеческую комедию» разыгрывает в балагане с вывеской «Ярмарка Тщеславия». Снижение представлений о человеке и жизни — характерное явление реалистической литературы Англии, анализирующей верхние слои буржуазно-аристократического общества. Сниженные представления сказывались, в частности, в характере традиционных сравнений жизни с театром, человека с лицедеем. Соотечественник и современник Теккерея, проницательный и оригинальный критик буржуазной действительности своего времени

Ненависть Теккерея к ярмарке тщеславия, к марионеткам привилегированного балагана находила выход в решительном их обличении, однако замкнутость в обличаемой сфере, роль Кукольника, которую писатель избрал для себя как автор балаганной комедии, утомляли его, питали в нем настроение безысходности. Шутовская ирония играет у Теккерея существенную роль не только как средство сатиры, но и как форма самокритической рефлексии, вызванной горьким сознанием неосуществимости идеала.

Действие «Ярмарки Тщеславия» отнесено автором к 10-20-м годам XIX века, захватывает часть той исторической эпохи, которая изображена в романе Толстого «Война и мир». У Теккерея, как можно видеть хотя бы по некоторым эпизодам, была возможность расширить сферу творческого наблюдения, обратившись к проявлению высоких убеждений и чувств, вызванных подъемом патриотического настроения в условиях отпора наполеоновскому нашествию. В кратком эпизоде он отметил нравственное потрясение Джорджа Осборна, душевное очищение силой патриотического чувства, гражданского и воинского долга. Однако творческая мысль Теккерея не пошла в этом направлении, вернулась к «Снобам» и «Тщеславию», и читателю не представилась возможность проследить духовное развитие Джорджа Осборна на поле боя и в солдатской среде — он погиб в первом же сражении. У Теккерея был свой замысел, определившийся характером личного опыта, творческой склонности, гражданской позиции. Он исполнил творческий и гражданский долг, воплотив свой замысел в «Ярмарке Тщеславия», неувядающем произведении словесного искусства. Он обнажил и заклеймил порок тщеславия, охвативший современное ему общество словно эпидемическая болезнь, он сорвал маски со снобов, паразитов, хищников, лицемеров разного калибра и социального положения.

Теккерей не изменил своей установке говорить правду, не опасаясь того, что «на свет божий должно выйти столько неприятных вещей, что и не приведи бог». Он выразил свою ненависть к тем, кто ее заслужил, со всей силой заразительного и оздоровляющего сатирического смеха. Он испытывал глубокие и мрачные чувства, одиночество и безысходность, но не утратил веры в человека, поддерживал и утверждал в нем мысли и чувства, достойные уважения. В словах, обращенных к читателю, он говорит: «Я хочу просить позволения, на правах человека и брата, по мере того, как мы будем выводить наших действующих лиц, не только представлять их вам, но иногда спускаться с подмостков и беседовать о них; и если они окажутся хорошими и милыми, хвалить их и жать им руки; если они глуповаты, украдкой посмеяться над ними вместе с читателем; если же они злы и бессердечны, порицать их в самых суровых выражениях, какие только допускает приличие».

Нет сомнения, читатель с пониманием и благодарностью отзовется на обращение к нему великого английского писателя, гуманиста и гражданина, с удовольствием и пользой для себя прочитает эту замечательную книгу.

Заключение

В заключении хотелось бы отметить, что первая глава посвящена, как мы выяснили великому английскому писателю Уильяму Мейкпису Теккерею. Мы рассмотрели его биографию и показали какое место он занимает в развитии английской и мировой литературы.

Во второй главе мы обозначили проблематику и тематику данного произведения, начиная непосредственно с истории написания данного произведения.

Из всего, что было сказано и проанализировано в этом реферате, выходит, что Ярмарка – это главный символ, то есть обобщенный образ Англии, общества, где царствуют законы купли – продажи. Хотя действие книги происходит в начале XIX века, Теккерей рассуждает о своих совре­менниках и современных ему нравах. И даже более. Образы, упомянутые в произведении, являются общими, одновременно представителями всех времен и народов. Проис­ходящее он, прежде всего, оценивает с нравственной точки зрения. Но обличительная сила кни­ги, безжалостно критикующей буржуазное об­щество и основную его движущую силу — день­ги, не стала меньше при такой авторской пози­ции. О том, что во всем виноваты деньги, свидетельствует и само название романа. Вот почему именно это произведение и вознесло славу самого Уильяма Теккерея: его книга навсегда вошла в память британского народа.

Список литературы

1. Вахрушев В. С. Жанр и стиль «Ярмарки тщеславия» У. Теккерея//Взаимодействие методов, жанров и литератур. — Ижевск, 1981. — С. 47-59.
2. Вахрушев В. С. Изображение исторического процесса в произведениях Теккерея//Материалы X науч. конф. литературоведов Поволжья. — Ульяновск, 1969. — С. 199-200.
3. Вахрушев В. С., Соколянский М. Г. Теккерей — критик Филдинга//Проблемы развития реализма в зарубежной литературе XIX-XX веков. — Киев; Одесса, 1978. — С. 64-70.
4. Гениева Е. Ю. Уильям Мейкпис Теккерей (1811 -1863)//История зарубежной литературы. — М., 1983. — Ч. 2. — С. 255-274.
5. Жирмунский В. М. Сравнительное литературоведение. — Л.: Наука, 1979. О Теккерее, его отрицательном отношении к романтизму, с. 146.
6. Ивашева В. В. За щитом скептицизма: У. М. Теккерей, 1811 — 1863//Ивашева В. В. Английский реалистический роман в его современном звучании. — М., 1974. — С. 193-263.
7. Ивашева В. В. Творчество Теккерея. М., 1959.
8. Лапидус Н. И. Уильям Теккерей//3арубежная литература XIX-XX веков/ Лапидус Н. И., Мицкевич Б. П., Тимофеева В. М., Факторович Д. Е. — М., 1964. — С. 65-68.

9. Михальская Н.П. История английской литературы, М, 1998

10. Муравьев Д. П. Введенский // Краткая литературная энциклопедия. — М., 1962. — Т. 1. — С. 875. Упоминание о Теккерее.
11. Соловьева Н. А. У. М. Теккерей//Соловьева Н. А. История зарубежной литературы XIX в. — М., 1970. — Ч. 2. — С. 24-26.
12. Сохань А. М. Романы В. Теккерея о современности: Автореф. дис.… канд. филол. наук. — М., 1964. — 25 с.
13. Теккерей У. М. Творчество. Воспоминания. Библиография. М., «Книжная палата», 1983.

14. Урнов М. В. Предисловие//Теккерей У. Ярмарка тщеславия: Роман без героя. — М., 1982. — Ч. 1,- С. 5-18.

Образ автора в романе «Ярмарка Тщеславия» Уильяма Теккерея

  • Номер работы:

    205340

  • Раздел:

  • Год добавления:

    14.12.2011 г.

  • Объем работы:

    17 стр.

  • Содержание:

    Введение 2

    1. Краткая биография У. М. Теккерея 4

    2. Своеобразие романа «Ярмарка тщеславия» Теккерея 6

    3. Образ автора в канве романа «Ярмарка тщеславия» Теккерея 13

    Заключение 16

    Литература 17

  • Выдержка из работы:

    Некоторые тезисы из работы по теме Образ автора в романе «Ярмарка Тщеславия» Уильяма Теккерея
    Актуальность исследования. Роман «Ярмарка тщеславия» стал вер-шиной творчества английского писателя, журналиста и графика Уильяма Мейкписа Теккерея. Все персонажи этой книги — как положительные, так и отрицательные – вовлечены, по словам писателя, в «вечный круг горя и стра-дания». Богатый тонкими наблюдениями быта своего времени, насыщенный событиями, проникнутый сарказмом и иронией, роман «Ярмарка тщеславия» бесспорно занял почетное место в списке шедевров мировой литературы.

    Ирония – основа стиля романа «Ярмарки тщеславия», ирония лежит в изгибе каждой фразы. Она была художественным выражением авторского мировосприятия. Ироническая модальность охватывает весь роман У. М. Теккерея и выступает и как контекстуальная, и как текстовая категория . Главным проявлением концептуальной иронии является образ автора – от-ношение автора к изображаемому – мировоззренческое, нравственное, соци-альное, эстетическое. А ее функция – вызвать сомнение в правдивости, дос-товерности высказанных слов, проявленных чувств и заставлять уже читате-ля искать их настоящий смысл. Именно ирония позволяет автору избежать дидактизма и прямолинейности сатирического обличения . Юмор снижает пафос, разряжает напряжение и вводит человеческий, теплый мотив в на-сквозь тонкой иронии У. М. Теккерея . В основе теккереевского стиля чувст-вуются традиции романтической иронии: трактовка творчества как игры, объединение трагичных и комичных элементов, высоких и низких.

    Предмет исследования. Творчество английского писателя Уильяма Теккерея.

    Объект исследования. Образ автора в романе «Ярмарка Тщеславия».

    Цели исследования.

Представленный учебный материал (по структуре — Реферат или доклад) разработан нашим экспертом в качестве примера — 14.12.2011 по заданным требованиям. Для скачивания и просмотра краткой версии реферата необходимо пройти по ссылке «скачать демо…», заполнить форму и дождаться демонстрационной версии, которую вышлем на Ваш E-MAIL.

Если у Вас «ГОРЯТ СРОКИ» — заполните бланк, после чего наберите нас по телефонам горячей линии, либо отправьте SMS на тел: +7-917-721-06-55 с просьбой срочно рассмотреть Вашу заявку.

Если Вас интересует помощь в написании именно вашей работы, по индивидуальным требованиям — возможно заказать помощь в разработке по представленной теме — Образ автора в романе «Ярмарка Тщеславия» Уильяма Теккерея … либо схожей. На наши услуги уже будут распространяться бесплатные доработки и сопровождение до защиты в ВУЗе. И само собой разумеется, ваша работа в обязательном порядке будет проверятся на плагиат и гарантированно раннее не публиковаться. Для заказа или оценки стоимости индивидуальной работы пройдите по ссылке и оформите бланк заказа.

Образ автора в романе «Ярмарка Тщеславия» Уильяма Теккерея — похожая информация

Наименование работы

Тип работы

Дата сдачи

  • Эссе

    2009 г.

  • Реферат

    2008 г.

  • Реферат

    2010 г.

  • Реферат

    2008 г.

  • Курсовая практика

    2009 г.

  • Курсовая практика

    2009 г.

Курсовые работы

Готовые курсовые работы. Более 6400 написанных с нашей помощью готовых работ. Множество дополнительного расчетного материала….

Рефераты

Помогли написать отличные рефераты различной тематики в том числе и по этой теме «Образ автора в романе «Ярмарка Тщеславия» Уильяма Теккерея….»

Дипломные работы

Дипломные экономической и гуманитарной направленности. С нами писались дипломные работы — проходящие антиплагиат….

Защитная речь и доклады

Для школы и института, более 5000 образцов нашего авторства. Также есть отзывы к дипломным работам….

Магистерские диссертации(ВКР)

Огромная подборка уже написанных с нашей помощью магистерских диссертаций по всем правилам и ГОСТАМ…

Отчеты по практике

Гарантируем уникальность и качество. Специальные предложения по подготовке бизнес отчетов.

Для студентов по предмету Иностранный языкПроблематика и поэтика романа В.М. Теккерея «Ярмарка тщеславия»Проблематика и поэтика романа В.М. Теккерея «Ярмарка тщеславия»

2016-07-312016-07-31СтудИзба

Курсовая работа: Проблематика и поэтика романа В.М. Теккерея «Ярмарка тщеславия»

Описание

Проблематика и поэтика романа В.М. Теккерея «Ярмарка тщеславия»

Характеристики курсовой работы

Учебное заведение

Неизвестно

Качество

Идеальное компьютерное

Список файлов

  • 42063.rtf 211,57 Kb

Комментарии

Сопутствующие материалы

Свежие статьи

Популярно сейчас

Ответы на популярные вопросы

То есть уже всё готово?

Да! Наши авторы собирают и выкладывают те работы, которые сдаются в Вашем учебном заведении ежегодно и уже проверены преподавателями.

А я могу что-то выложить?

Да! У нас любой человек может выложить любую учебную работу и зарабатывать на её продажах! Но каждый учебный материал публикуется только после тщательной проверки администрацией.

А если в купленном файле ошибка?

Вернём деньги! А если быть более точными, то автору даётся немного времени на исправление, а если не исправит или выйдет время, то вернём деньги в полном объёме!

Отзывы студентов

Добавляйте материалы
и зарабатывайте!

Продажи идут автоматически

613

Средний доход
с одного платного файла

Обучение Подробнее

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *